Книга Тройка, семёрка, туз, страница 56 – Алексей Урусов

Для себя цесаревич готовит кофе; садимся пить, и он продолжает: — А с севера от Бухареста выбросили десант неподалёку от аэропорта и когда туда стали приземляться наши самолёты с войсками и техникой, стало ясно, что и в Румынии военная кампания пройдёт быстро.

Я согласно киваю головой: к вечеру первого дня, когда появилось видео наших колонн на подходе к румынской столице и данные о контроле за главным аэропортом страны, все убедились, что мы войну выигрываем.

Александр с сожалением покачивает головой: — У нас потерь, конечно, было несравнимо больше, чем в Болгарии, особенно при форсировании Прута и на севере: в Карпатах у румын мощные опорные пункты и их пришлось штурмовать. Но в общей сложности в Болгарии и Румынии мы потеряли меньше сотни солдат и офицеров убитыми. В основном, конечно, в Румынии, было там несколько сложных опорников. Дед-император как раз это и считает главными уроками кампании — в ближайших войнах нужно ориентироваться на более сильных противников, чем румыны, не говоря уж о болгарах и войска будут учить прорывать эшелонированную оборону.

— Я, вообще, из беседы с императором и разговоров с тобой накануне войны вынес представление, что будет операция в рамках пограничного конфликта и предполагал, что против Польши, — я не спеша помешиваю чай ложечкой, хотя сахара в нём нет: укоренилась армейская привычка…

— Польшу бы стоило, они как раз главные помощники провокаторов и самые рьяные исполнители всех британских задумок. Но дед говорит, что к разгрому Польши мы готовы, а вот «переварить» её не сможем, там же сорок миллионов человек населения, причём люто нас ненавидящего; их не одно десятилетие так воспитывают. Дед-император вообще хотел в этой кампании ограничиться только Болгарией, а Румынию не трогать до следующего раза. С точки зрения стратегии нам было бы даже выгоднее, чтобы Румыния оставалась враждебной страной — Западу пришлось бы строить мощные укрепления по болгаро-румынской границе, чтобы от нас отгородиться, а это несколько лет серьёзной работы и громадные вложения, которые бы им пришлось снимать с других направлений. Но Болгарию мы взяли слишком легко, и император не хотел, чтобы армия на такую победу ориентировалась на будущее и расслабилась. Поэтому дед и дал отмашку на вторую фазу войны. Нашим военным в Румынии пришлось тяжелее, чем в Болгарии, но справились. А вот нашим гражданским структурам на много лет заботы обеспечены — «переварить» двадцать пять миллионов человек, это не то, что пять миллионов только болгар.

— А вообще дед Болгарию выбрал как первую цель, поскольку она «слабое звено», и чтобы «пробить» сухопутный коридор в Сербию: сербы наши самые надёжные союзники в Европе, но находились почти в блокаде и поэтому союзничали с нами осторожно. Теперь мы с них эти оковы сняли и на западных картах аналитики вынуждены все Балканы окрашивать в наши цвета. Да и словакам сейчас станет проще — они тоже к нам тяготеют, и теперь у них есть дополнительный аргумент для поляков, которые убедились в нашей силе и своих южных соседей обижать будут меньше. И как только мы вошли в Румынию, дед позвонил королю Венгрии и заверил его, что права венгров нарушаться не будут: в Румынии больше миллиона венгров живёт. И в каждой нашей роте, что входила с севера, были переводчики с венгерского.