Книга Дипломатическая академия, страница 29 – Алексей Урусов

Слышу, как граф Уваров негромко хохотнул в трубку.

…– Договорились общаться и даже обменяться уроками. Так что, если у Вас есть желание, могу постараться и их вытянуть на открытие выставки.

— Они будут. С ними договорённости есть, ещё несколько спортсменов — победителей триатлона тоже будут присутствовать. Так что Вам не придётся отдуваться в одиночестве, — поддержал меня Фёдор Семёнович. — У них я тоже кое-что из оружия и амуниции приобретал, и если Вы в ходе общения сможете с ними поговорить, чтобы они пошли мне навстречу и позволили купить у них ещё какие-то артефакты, вдвойне буду благодарен. Пока македонские сабли Протасова-Горского и копьё Вараниди я взял в аренду — это у Вас победного оружия, как и медалей много, а у них всё в одном экземпляре.

На этой позитивной волне разговор и закончился.

Англия. Лондон. Букингемский дворец.

Среди аристократии всегда считалось высшим пилотажем провернуть такую интригу, чтобы, оставаясь в тени, причём так, что никто тебя и не заподозрит, стравить двух своих врагов, которые с остервенением начнут войну на взаимное уничтожение, растрачивая людей и ресурсы в ставшей непримиримой борьбе. Короче: «сожрите друг друга» *.

Елизавета, отдыхавшая в глубоком кресле в своей гостиной, не спеша перебирала в голове варианты дальнейших действий Алана Стюарта и ставших ему врагами клуба самых влиятельных семей планеты.

— Жаль, силы несопоставимы, — тяжело вздохнула королева. — Слишком мелок Алан, чтобы попытаться воевать с такой машиной. Слишком несоразмерный вес противников мгновенно превратил борьбу в простое избиение. И хорошо, что он не сразу это понял, а когда понял — сдавать назад было уже сложно. После разгрома группировки генерального прокурора самые умные сторонники Стюартов под благовидными предлогами стали отдаляться от Алана. А потом два его верных союзника в палате пэров тоже получили «чёрные метки» и с позором ушли из политики. И этот идиот, вместо того, чтобы вникнуть и смириться, пошёл на обострение. Но он просчитался, так как думал, что его врагом, как и обычно, является дом Виндзоров. Точнее: просчитался он сам, но ему в этом активно помогали несколько советников и пара из них, вовремя решивших сообщить королеве о своём желании сменить хозяина. Королева обещала их принять, а взамен потребовала помочь Стюартам сосредоточиться на борьбе. До победы. То, что победа будет, но не за Аланом, она не сомневалась.

— В результате Алан Стюарт предпринял несколько неуклюжих акций, стараясь нанести «ответные удары». Десятилетия сидя на галёрке и наблюдая за сценой, где разыгрывался спектакль «Английская демократия в действии», он думал, что может сыграть лучше, чем опытные актёры: каждый мнит себя стратегом видя бой со стороны**. И чем более неуклюжими становились его действия, тем быстрее таяли ряды его сторонников и спонсоров. Ответ он всегда получал достойный и это бесило его ещё сильнее. А вот члены «клуба» наказывали его терпеливо и последовательно, и сильные удары стали наносить только когда неожиданно исчезли директор съёмочной группы американского канала Си-Эн-Эн и корреспондентка, раскопавшие тёмные делишки генпрокурора, а затем сделавшие несколько репортажей про семейство Плантагенетов-Стюартов: через несколько дней после пропажи полиция выловила директора съёмочной группы в Темзе с перерезанным горлом. А корреспондентку, как оказалось, вывезли за город, изнасиловали и убили. Такая показательная демонстрация «слабоумия и отваги» на кого хочешь произведёт впечатление. И клуб самых влиятельных людей тоже впечатлился, поняв, что королева была права, когда обвиняла Алана в недоговороспособности, и решил ударить уже по-серьёзному. Как по команде, хотя, почему «как»: именно по команде крупнейшие мировые СМИ и информационные платформы вылили на Стюартов столько помоев, что их бы хватило, чтобы смыть в океан Британию. В результате, Алан остался один — нет теперь у него ни своей партии в палате пэров, ни массы офицерской молодёжи, мечтающей о переменах и видящих её символом новую династию; ни спонсоров, на деньги которых дом Плантагенетов-Стюартов процветал десятилетия. Как же я была права, что в самом начале, когда только всё затевалось, сумела на уровне нарративов связать две династии: Плантагенетов и Стюартов, в одну. И теперь в общественном мнении что одни, что другие — это просто кучка проходимцев и преступников, — сама себе улыбнулась королева.