Книга Дипломатическая академия, страница 32 – Алексей Урусов

— Ядвига, как объяснить этому тупому качку, чтобы на нашем с тобой фото он написал наши мена, что-то типа «Гражине и Ядвиге спортивных удач»? — спрашивает одна девушка другую.

— Дай ему фото, пусть просто закорючку поставит. Думаю, вряд ли он все буквы знает: куда ему писать, глянь на эту тупую рожу, — отвечает ей подруга, кивая в мою сторону.

Беру протянутое фото, по-польски пишу: «Очаровательным, милым, обходительным и вежливым Гражине и Ядвиге желаю высоких спортивных достижений», потом по-французски добавляю «Любви чистой и светлой», а в самом верху на латинском «Пока дышу, надеюсь». Подписываю. Передаю фото девушкам.

Их растерянный и пожалуй даже ошарашенный взгляд меня порадовал.

Завершив раздачу автографов, мы снова прошли в зал, где у стенда с названием выставки и у некоторых экспонатов фотографировались с посетителями. Жаль, с Вараниди и Протасовым-Бахметевым удалось пообщаться лишь урывками. Но зато я пригласил их на наше посвящение — они обещали постараться быть: оба поступил в военные училища и дать гарантии, что через неделю у них будут увольнения, не могли: не факт, что командиры и тусовку будущих дипломатов сочтут уважительной причиной для выхода в город.

Англия. Лондон. Букингемский дворец.

После завтрака королева позвала с собой первого и второго наследников — принцев Ричарда и Эдгара. Едва они расселись в её кабинете, она начала: — Ну что, вчера вечером телевидение уничтожило Алана Плантагенета Стюарта: обвинение его и его наследника в полётах на «Остров любви» с демонстрацией чеков на забронированные рейсы и «замазанным» видео с прогулками с малолетками и из номеров, превратит в прах любого. Что бы он ни пытался сейчас предпринять, ему уже ничто не поможет. И союзников и спонсоров, которые и так таяли, как сахар в горячем чае, у него больше нет — никто не захочет связываться с педофилами. Телевидение сработало грубо, нагло, по-топорному. Но, как известно, топор — самое эффективное лекарство от головной боли. Алан больше не будет и нашей головной болью тоже.

— Я не стала собирать вас вчера вечером, нужно было обдумать причину чрезмерности наказания Алана Стюарта. Ведь предыдущие публикации его сильно ослабили, полностью лишив влияния, и опасности он уже не представлял; полностью уничтожать дома Плантагенетов и Стюартов, у заказчиков, организовавших кампанию, чтобы его опорочить, необходимости уже не было. Так вот: последняя акция была не против Алана; демонстрация его пагубных пристрастий — это сигнал аристократии по всему земному шару: чтобы они осознали, каковы возможности клуба властителей Земли по приведению к послушанию непокорных. Они дали понять: на месте Алана может оказаться любой и какую бы должность он ни занимал, каким бы авторитетом ни пользовался, и сколько бы ни весила корона на его голове, его за месяц, а то и за две недели можно так же уничтожить.

Вздохнув, королева продолжила: — Вспомните немного историю: глава МВФ заикнулся было о необходимости реорганизации финансовой системы, и сразу изнасиловал горничную в отеле; основатель «Викаликз» обнародовал чувствительные документы — и изнасиловал сразу двух норвежек; премьер Италии что-то вякнул — и сразу переспал с малолеткой. Теперь вот Алан.

— Нам сейчас на руку, что впредь английская аристократия будет шагать в строю, наперегонки выполняя наши команды. Но не дай Бог, — королева подняла указательный палец правой руки, чтобы подчеркнуть важность сказанного, — кому-то из вас встать на пути у этого всепланетного клуба старцев. Если это произойдёт, я Виндзорам не позавидую. И в первую очередь — тому, кто в этот момент будет находиться на троне.