Книга Трижды воскресший, страница 118 – Алексей Урусов

— Оружие интересное, может в спортзале немного помахать можно, чтобы развесовку проверить, и в целом, как в руке лежит?

Мы перешли в спортзал, чтобы было можно «примерить руку», где немного «примерили» мечи и сабли, потом надели шлемы и кевларовые куртки с перчатками и стали осторожно спарринговать. Буквально, через две минуты в комнату просочились братья Перловы, а ещё через минуту Василий и Борис по очереди «сражались» с Артуром. Чуть позже на шум пришёл и Геннадий Алексеевич, который стал комментировать наши действия и показывать, как лучше отбить тот или иной приём и какая стойка эффективнее. Оказалось, что Артур несколько лет занимался фехтованием на шпаге, нашлись шпаги, и он стал показывать приёмы. Почти час мы «звенели» на весь дом, потом, уже вместе с братьями Перловыми отправились ко мне смотреть пояса, луки и другое снаряжение, причём Вася с Борей заявили, что они всё видели, но с удовольствием примерят ещё раз.

Завершился вечер ужином. Беседу за столом взяла в свои руки Оксана Евгеньевна, умело уводя её от вопросов о семье Артура и сводя темы к учёбе и быту: какие предметы в школе предпочитает, какие кажутся сложными, какие увлечения... Одновременно она и Геннадий Алексеевич рассказывали о рода́х Перловых и Мармеладовых, работе и учёбе, заготовлении трав и разработке новых рецептов чая. Дети тоже участвовали в беседе – нахваливая стряпню тёти Лизы. Отличился младший из Перловых – одиннадцатилетний Борис: когда речь зашла о моей коллекции оружия, он меня «сдал», заявив, что у меня ещё есть несколько сёдел, красивых и удобных, он их все попробовал, но они хранятся на складе.

— Ну, думаю, у Артура ещё будет возможность у нас побывать и посмотреть и сёдла, и на тренировочную площадку пройти, – остудила пыл отпрыска Оксана Евгеньевна.

Прощаясь, Артур тепло поблагодарил хозяев, и мне показалось, что он был искренним. Автомобиль семейства Перловых, стоявший у крыльца, увёз барона домой.

* * *

Беда пришла, откуда не ждали. Как ураган завертела и поглотила она всё семейство Перловых, отодвинув дела и заботы, заставила озабоченно подключиться с ежедневными звонками бабушек из Москвы и Симферополя, ежевечерне проводя межродовые брифинги, вызывая сочувственные вопросы у знакомых. Мне казалось, что даже лошади в конюшне внимательно заглядывали мне в глаза, как бы спрашивая: – Ну, как вы там, держитесь?

А началось всё с короткой, казалось бы, невинной, фразы, брошенной Катей за вечерним чаем: – Мама, у меня в этом году новогодний бал. Девочки в классе уже наряды обсуждают и готовятся.

Оксана Евгеньевна, всплеснув руками, утащила Катю и Юлю на «военный совет», а Геннадий Алексеевич схватился руками за голову: – Помню, как мои сёстры собирались. Всё, месяц нам житья не будет. Всем терпеть, улыбаться, оценивать-помогать-смотреть, не огрызаться. Помните, что ни смотря ни на что, они остаются нашими родственницами!

Впервые в малой гостиной мы собирали деревянные коробки в гордой мужской компании.

Вообще, традиционный новогодний бал назывался «губернаторским», так как проводился под патронажем губернатора и его финансовый взнос составлял основу расходов, но проходил он в здании Дворянского собрания как самом вместительном помещении во Владимире. Точнее, это был каскад из балов для всех возрастов: начиная от самых мелких детей – им даже «Щелкунчика» не показывали, чтобы не пугать их серыми мышами, до пожилых матрон, которые на балу в их честь не считали зазорным немного прикорнуть в сторонке. Для нашего «среднего школьного возраста» упор был сделан как раз на театральную постановку «Щелкунчика» и на новогодние сценки у ёлки с выходом героев к гостям, на игры и сладкий стол с получением призов и новогодних подарков из рук Деда Мороза и Снегурочки.