Книга Трижды воскресший, страница 21 – Алексей Урусов

По дороге в Суздаль.

Наконец, день отъезда наступил: дядя Толя, Сергей, Степан и я при помощи насельников монастыря снаряжали коней для поездки и укладывали необходимые вещи. Вокруг суетились почти все дети из приюта: укладывали и перекладывали грузы, подносили упряжь, пытались накормить коней свежим клевером, раскладывали по сумкам продукты и одежду. Отдельно Анатолий Дмитриевич наставлял «старшаков» из приюта, на которых на эти три дня возлагалась забота о конюшне.

Шли мы одвуконь, каждый час останавливаясь для проверки упряжи и чтобы размять ноги. Мы ехали между трассой, уходившей от Владимира на север, и Нерлью, и периодически, когда поднимались на пригорки, справа наблюдали заросли или извивы реки, а слева – мчащиеся машины. Небольшие облака изредка закрывали солнце, пели птицы и жужжали мухи, слабый ветер покачивал деревья. Зеленели поля молодыми всходами, на многих работали люди и техника, яркими пятнами выделяясь на зелёном фоне. Деревни, посёлки и небольшие городки или жались к реке, или лезли вверх по склонам к блестевшим куполами церквям.

— Смотрите, пацаны, это и есть самое сердце Руси – суздальское ополье – дядя Толя привстал на стременах и по-хозяйски обвёл рукой вокруг. – Здесь ковалась наша нация, здесь ковался русский характер. Полторы тысячи лет назад сюда пришли наши предки, веками они распахивали и защищали эти земли, поливая их потом и кровью, строили дома и церкви, растили детей. За эти сёла и храмы сейчас бьются наши солдаты в ограниченных пограничных конфликтах – ну, обычно коротко ОПК называют.

Мы согласно кивали; от открывавшихся просторов захватывало дух, хотелось пустить коня во весь опор, чтобы деревья, росшие изредка вдоль просёлочной дороги, мелькали, а ветер развевал волосы.

Суздаль.

Купола Суздаля показались ещё издалека и кони невольно прибавили ход. Мы проехали через центр города, затем по небольшому мосту, и двинулись вдоль берега Каменки до Покровского монастыря – рядом с ним, в излучине Каменки и располагался лагерь фестиваля. Напротив, на другом берегу реки, на яру высились стены и башни Спасо-Евфимьева монастыря. Лагерь белел палатками, пах дымом костров, стучал молотками и топорами, шумел криками и смехом детей. Мы остановились на краю лагеря, Анатолий Дмитриевич отлучился, а когда вернулся, уверенно повёл нас по «улицам» лагеря к месту, где нам предстояло установить свою палатку.

Скоро к нам подошло несколько человек – команда реконструкторов из Тульской области, чтобы временно забрать часть наших коней. Уже завтра тулякам предстояло выступать на соревнованиях на наших конях, и они хотели примерить свои сёдла и дать лошадям время привыкнуть к новым седокам. Туляки придирчиво осмотрели коней и нашу упряжь, удовлетворённо поцокали языками, а уходя, кивнули в нашу сторону: – Достойную гвардию вырастил Анатолий Дмитриевич, удачи вам на ристалище.

Мы слаженно кивнули в ответ, и занялись установкой большой палатки из белой ткани, на тенте которой были нарисованы гербы Боголюбова – храм Покрова на Нерли на голубом фоне. Дальше начали готовить обед. Ну, как готовить. Готовкой рулил Степан, а мы, даже дядя Толя, ему только помогали. Еда у Степана, как и всегда, получилась на славу, мы плотно потрапезничали и дядя Толя разрешил нам прогуляться по лагерю, а сам остался у палатки, чтобы разобрать снаряжение.