Онлайн книга «Трижды воскресший»
|
В монастырь мы вернулись ещё до заката. * * * ⃰ отсылка к мультфильму «Бобик в гостях у Барбоса», 1977 г. Глава 4 Владимир. Монастырь. После возвращения с фестиваля моя жизнь снова изменилась – теперь утро начиналось с обязательной пробежки и физкультуры – дядя Толя и дядя Виктор составили мне график занятий для подготовки к имперскому триатлону, и мы вместе расписали упражнения на каждый день. Если раньше я занимался физкультурой ежедневно, а стрельбой из лука, фехтованием и джигитовкой – часто, но в свободном режиме, то теперь каждый день, включая выходные, под них отводилось время, а раз в две недели мне предстояло выполнять «контрольные проверки», чтобы можно было зафиксировать мои показатели, поправить график и определить, насколько можно и стоит ли увеличивать нагрузку. Для каждого из видов спорта нужен был собственный комплекс занятий, и каждому виду спорта пришлось выделять отдельное время. — График-то красивый, сказал дядя Толя, – главное, чтобы ты не устал через пару недель или пару месяцев и не стал отлынивать от тренировок. Так-то ты несколько лет собрался готовиться. Дядя Витя согласно кивнул. Я хотел пообещать им, что буду тренироваться каждый день и не заброшу занятия, но не знал, как нужно клясться перед взрослыми: сказать «честью клянусь», как принято у дворян я не мог – я же не дворянин; пообещать «зуб даю» – это по-пацански, но для обещания взрослым вряд ли подходит. Поэтому просто молча шмыгнул носом. * * * Обычно во второй половине дня Татьяна ходила за травами. Часто я увязывался за нею, так как в отличие от других мальчиков приюта, быстро стал разбираться в растениях и помогал ей их собирать, а не только носил пакеты. Больше недели я готовился к фестивалю и было не до трав, а потом три дня отсутствовал, поэтому после возвращения с реконструкции старался выходы за травами не пропускать. Пособирав у Нерли смородинового листа и цветков для чая, через сосняк и заброшенные яблоневые посадки мы по мосту через Клязьму перешли на большое поле, по краю которого росло много нужных растений. Мы собирали травы, перевязывали их в пучки и складывали в большие пакеты. Краем зрения, не обычного, а того, которым я видел людей вдалеке как небольшие светящиеся точки, я заметил за пригорком три фигуры – одну большую и две маленькие. Я уже примерно мог соотнести размер точки и оттенок свечения с размером живого существа и его породой. Не люди, не лошадь с жеребятами, не корова с телятами: оттенок света от точек был похож на собачий, но одна «собака» была слишком уж большой. Недалеко от этого места я видел недавние отпечатки на земле медвежьих лап, и подумал, что это могут быть медведи. Легонько дёрнув Татьяну за рукав, я тихо сказал: – Посмотри туда, там, похоже, медведица с двумя медвежатами гуляет. Татьяна посмотрела в нужную сторону и ответила, что ничего не видит. — Ты не глазами смотри, а так: я демонстративно прикрыл глаза и повернул голову в нужную сторону… Татьяна закрыла глаза, помолчала немного и ответила: – Ничего не вижу. Ты не устал часом? — Нет. Но, думаю, уходить нужно. Можно у реки ещё пособирать. Татьяна согласилась, но к реке мы уходить не стали, а сразу направились в монастырь, благо, пакеты были почти полные. * * * Вечером, после службы, отец Игнатий позвал меня с собой и стал расспрашивать о медведях. |