Онлайн книга «КОМСОМОЛ-3»
|
Ладно. Меня, честно говоря, больше настоящее интересует. Для начала, где я? Последнее что помню, это как вылез из танка. Ещё заляпавшись в останках офицерских. Неаккуратно… Из танка… Из танка… Внезапно события последних трёх недель вспомнились практически разом, пролетев передо мной, как синема, прокрученная на огромной скорости — вплоть до вчерашнего боя. Ага. Прямое попадание из основного калибра «Жейона» — не хухры-мухры вам. Спасибо, что живой остался. А что расписной по самое не балуйся — так то уже мелочи! Это да… Потолок стремительно потемнел, и я снова провалился в зыбкое беспамятство. НАБЛЮДЕНИЯ НИКОЛАЯ Нижняя Австрия, округ Мистельбах, мельница Мюллера 18 января 1948 года, раннее утро Николай Призраки не спят — нету у них такой потребности. Поэтому Николай с большим удовольствием брал на себя караульную службу — дежурил, можно сказать, круглыми сутками. Вот и сейчас он сидел на главных воротах мельницы, пока деды, сославшись на срочность и неотложность, производили его сиятельству какие-то очередные замеры и анализы. Ну и что с того, что дежурил Коля в обнимку с кошкой, за ухом ей почёсывая? Это ж наблюдения не отменяет. Приближение этой дамочки он издалека почувствовал. В воздухе такое сформировалось густое ощущение, словно гроза со страшной скоростью шла прямо на них. А уж когда увидел мелькающее за деревьями светлое платье и распознал младшего Мюллерова внучка́в руках неизвестной девицы — мигом тревогу поднял! Однако ж толку от этого вышло мало. Она вломилась в дом, словно буря. И, завидев стариков-профессоров и стойку с пробирками крови для анализов рядом с кроватью распластанного в беспамятстве Аркадия Ильича, закричала на них, словно они были нашкодившие мальчишки. А когда Мюллер вздумал ей возражать, она отлупила его! Тут Николай почёл за лучшее спрятаться в стене и кошку с собой утащить. Так они и подглядывали — одним глазком. О, как эта девочка трепала профессора — чисто росомаха в ярости! И от него натуральные клочки летели! Так бы, наверное, и прикончила призрака совсем, если бы не отец Бенедикт, прыгающий вокруг и уговаривающий енту фурию. Еле как она его согласилась отпустить, понимаешь. Мюллер, кажись, даже в размерах меньше стал. А потом она милостиво согласилась ознакомиться с книгами, которые совал ей отец Бенедикт. А потом прибежали Тобиас с Агнессой, и Агнесса начала рассказывать, как Аркадия Ильича исцеляет — ну, тут уж дамочка немножко успокоилась, и даже кой-когда кивать начала… ОБАЛДЕТЬ Нижняя Австрия, округ Мистельбах, мельница Мюллера 18 января 1948 года, утро Аркадий Вдалеке что-то стеклянно звякнуло, потом громыхнуло, словно деревяшкой о деревяшку стукнули — и снова всё затихло. А, нет! Ругается кто-то. И голос знакомый… Только не может она тут быть. Точно, не может. Осталась в больнице у доктора Кнопелева в «нестабильно тяжёлом состоянии». Из-за меня. А теперь её голос тут. Галлюцинации? Хорошо бы, поскольку снова видеть её… Врёшь! Себе не ври! Ты бы очень был рад её видеть! И не иметь никакой возможности? Помнишь, чем тот раз закончился? Это да. — Зверь, казалось, тяжело вздохнул. Или я вздохнул? А может, и оба вместе. Я с неимоверным усилием открыл глаза. Ага. Всё тот же сводчатый потолок. Хоть какая-то стабильность! И сполохи на месте. Или это у меня в глазах рябит? |