Книга Птицы Великого леса, страница 114 – Ульяна Черкасова

Люди считали Дару чудовищем, но, в отличие от своей матери, она бы не смогла отказаться от собственного дитя.

— Должен быть другой способ.

— Только ребёнок лесной ведьмы и мужчины древней крови способен переродиться в Хозяина леса, – возразил Дедушка. – Ни один другой человек этого не выдержит, его тело не сможет принять всю мощь Хозяина.

Почему Дара одна-единственная должна была отвечать за судьбу Великого леса? Она этого не просила. Если бы не её мать…

Слёзы рвались наружу. Дара сжала кулаки.

— А что с Мораной? Как её одолеть?

— Разве можно одолеть смерть?

Она посмотрела на волхва с таким отчаянием, что черты его сурового лица смягчились, и голос потеплел.

— Всё, что ты можешь, так это не позволить ей поглощать один источник за другим. Но пока на свете живут люди, их смерти всё равно будут питать её.

— Скоро начнётся война.

— А значит, будет много смертей, – кивнул Дедушка.

Как ни крути, а выходило, что нет у них выхода.

— Что же делать?

— Быть может, новый Хозяин леса, сильный и молодой, сможет встать против Мораны? Её мёртвая суть лесу противна.

Дара сердито фыркнула.

— Я уже сказала, что этому не бывать, – перебила она Дедушку. – На этом всё. Если не хочешь помогать, то оставайся гнить дальше в своём лесу.

Она не стала больше слушать его рассуждения, развернулась и пошла прочь из леса.

— Если так, тогда почему ты ночи проводишь у князя? – эхом донёсся голос волхва. – Ты сама знаешь, что должна это сделать.

Дара тонула в рыхлом снегу. Она потеряла из виду тропку, которую протоптала ранее, и теперь шла наугад. Каждый шаг давался с трудом, по лицу потёк пот, дыхание сбилось, и ноги промокли. Тонкие сапожки, которые носила княжеская ведьма, уступали надёжным кметским валенкам, не для того они шились.

На опушке стояла калина, красные ягоды до сих пор не тронули птицы, и они алели на покрытых снегом ветвях. Под деревом сидел одинокий дух, названия которому Дара не знала. Он был размером с зайца, со странной большой головой и грустными золотистыми глазами. Сложив пушистые, почти заячьи лапы на груди, он встретил Дару печальным взглядом.

— Не смотри так, – попросила она. – Не моя вина, что всё это происходит.

Дух вздохнул надрывно.

Дара обернулась, но не увидела Дедушку, только заснеженный лес и цепочку собственных следов.

Ратиславия, Лисецк

Милош предпочёл бы долететь до Лисецка соколом, тогда бы он точно успел в город вперёд Гармахиса, но было несколько обстоятельств, что помешали ему так поступить. Во-первых, княгиня Фиофано дала ему с собой послание для Великого князя, во‐вторых, он опасался оставить драгоценности где-нибудь в Златоборске, а в третьих, обращаться в сокола зимой было слишком неудобно, ведь одежду на большие расстояния он перенести не мог. Одно дело – летом прогуляться нагишом до ближайшего поселения и купить у кметов одежду, а то и просто украсть чужие, сушащиеся после стирки портки, а другое – бегать голышом по снегу.

И поэтому Милош больше седмицы трясся в санях. Княгиня подарила ему лошадь, но Милош почти сразу продал её. В седле он сидеть не умел. Его взяли с собой в обоз, который шёл в Лисецк с запасами для княжеского войска. Ехали в основном ратиславцы и несколько троутосцев, и никто из них не любил рдзенцев. На него косились с подозрением, говорили только по делу, а в остальном держались в стороне.