Книга Дождись меня в нашем саду, страница 116 – Ульяна Черкасова

Но всё же задержаться не хотелось. Старгород звал обратно домой.

Мельця и Велга плели венки. Они сели прямо на землю, утонув в высокой траве. Их пальцы покрылись пыльцой. Вокруг витали терпкие, резкие запахи полыни.

— Мужики нас убьют за ожидание, – покачала головой Мельця.

— Подождут.

— Согласна. Ночь ещё не скоро.

— А эта ночь и вправду колдовская? – спросила Велга. – Говорят, на зимнее солнцестояние к людям выходят духи Нави и танцуют с ними, а на летнее, наоборот, пытаются похитить…

Над их головами проплыла стремительно, точно косяк рыб в реке, стая крошечных пташек. Они пропели что-то нежно, немного тревожно, точно предупреждая о наступлении ночи.

Мельця примерила пушистый венок из колокольчиков.

— Если что и попытаются похитить сегодня, то только сердце, – улыбнулась она. – Но ты никому не отдавай его, Велга. Потом обязательно будет больно.

— И это ты говоришь в день своей свадьбы? – усмехнулась Велга.

— В ночь своей свадьбы, – уточнила Мельця. – Мне уже не так страшно. Арн давно это сердце на кусочки расколол.

— И ты всё равно собираешься за него замуж? – удивилась Велга.

— Он расколол, он пусть и собирает. Это теперь его забота.

Неудивительно, что Змай не обрадовался их свадьбе.

— Вы мучаете друг друга, – нахмурившись, произнесла Велга.

— Потому что любим.

— Разве это правильно? – сплетая между собой стебли цветов, точно волосы в косу, задумчиво спросила Велга. – Мои родители заботились друг о друге. Моя мать, конечно, была непростая, у неё был тяжёлый нрав, но отец любил её и терпел все выходки… и она уважала его, старалась ради него. – Она попыталась связать два конца, чтобы получился венок, но тот тут же начал расплетаться.

— Любовь бывает очень разной, Велга. Иногда у неё простые пути, как у твоих родителей. Встретились, полюбили друг друга, поженились. Иногда сложные, как у нас с Арном. Но мы с ним и не самые простые люди. Иногда она даётся вовсе только ради того, чтобы погубить тебя прежнюю и через смерть создать нечто новое.

— Ох… нет, я так не хочу…

Наконец скрепив два конца венка осокой, Велга подняла его с колен, и он тут же развалился.

— Давай помогу. – Мельця забрала у неё венок, ловко привела его в порядок и, протянув Велге, вдруг замешкалась. – Нет, расплетай волосы. С косой сегодня никак нельзя.

Пышные кудри Велги разметались по плечам. И Мельця, точно корону, надела ей на голову венок.

— Мне кажется, так быть не должно, – робко возразила Велга.

— Как?

— Сложно. Я думаю, любовь всё же должна созидать, а не разрушать.

Она сказала это и тут же пожалела, когда глаза Мельци потемнели, сделались почти чёрными. Закатные лучи подсвечивали её распушившиеся волосы, смуглую кожу, чародейка вдруг показалась очень мягкой и уязвимой.

— Прости, я не хотела ничего такого…

— Я понимаю, – кивнула Мельця. – И я согласилась бы с тобой. Но мне боги послали только такую любовь. Поверь, я пыталась от неё убежать. Нагнала… просто, наверное, для такой, как я, нет на свете никого, кроме такого, как Арн. А для такого, как он, нет никого, кроме меня.

— Ты его любишь?

Она кивнула не задумываясь.

— И ты будешь с ним счастлива?

— Не узнаю, пока не попробую.

Велга испугалась, что заронила в её сердце сомнения, хотела что-то добавить, как-то исправить всё, но чародейка уже поднялась на ноги, отряхивая рубаху: