Книга Дождись меня в нашем саду, страница 156 – Ульяна Черкасова

Милка, не обратившая на Велгу никакого внимания, тут же вытянула шею, точно хищник, заметивший добычу.

— Во-о-от ты где… – прищурившись, протянула она. – С-скотина…

— Милка, мы с долгом пришли! – воскликнул Вадзим.

— Знаю, что с долгом!

— В смысле, мы… это… с ним всё, – оторопело проговорил гусляр.

— Он имеет в виду, что мы пришли вернуть долг, – пояснила Велга.

Милка повела бровью, медленно, точно в указ остальным посетителям, чтобы даже не думали задолжать ей, обвела взглядом весь зал и, перехватив одной рукой заставленный поднос, подошла к ним, покачивая бёдрами.

Отвязав от пояса кошель, Велга протянула его подавальщице:

— Вот… Там всё.

— Я ещё пересчитаю сама, – надула губы Милка. – Не спеши убегать.

— Я не спешу, – пообещала Велга. – Снаружи подожду, а то душно у вас. А вы пока… с Вадзимом посчитайте.

И, не желая мешать, она вышла на свежий воздух. Ей и самой не хотелось задерживаться в «Кабанчике». Кажется, она никогда не захочет туда вернуться, чтобы не бередить память. Некоторым воспоминаниям лучше растаять во времени. Другой вопрос, смогут ли воспоминания, настолько яркие, жаркие, безумные, забыться?

Велга прислонилась спиной к стене соседнего здания, дожидаясь Вадзима, и невольно продолжала погружаться в раздумья, проклиная себя и свои мысли. Оставалось только надеяться, что Войчех уже был далеко от Старгорода и никто и ничто не могло заставить его вернуться.

Наконец, спустя почти лучину, на пороге снова показался Вадзим. Он улыбался. Смущённо, очень глупо, но очень счастливо.

— Всё чётко? – спросила Велга, спрятав руки за спиной.

— Монетка к монетке. – Гусляр широко улыбнулся и присел, подозвал к себе Мишку, прижал к груди. – Не скучай, дружок. – Щенок лизнул его в лицо. – И расти большим и сильным. Защищай нашу господицу Велгу. Она видишь какая маленькая, хилая… а ты… у-у-у, волчара!

Прежде чем распрощаться, они обнялись. Вадзим так крепко прижал Велгу к груди, что она едва не задохнулась.

— Может, однажды увидимся, – улыбнулась она.

— Конечно увидимся! – возмутился он. – Я же обещал спеть тебе свою новую песню.

И они пошли по дороге в разные стороны. Вадзим – к Красным воротам, что вели на большой тракт, Велга с Мишкой – к пристани на Торговых рядах.

Скренорцы готовились к отплытию, и пока они таскали товары и собирались на юг, Змай рыдал в голос, прижимая к себе Мельцу. Арн поглядывал на них издалека с лёгким недовольством, но не вмешивался.

— Ну, хватит. – Мельця гладила друга по волосам. – Я привезу тебе лучший троутосский шёлк, если перестанешь плакать.

— Синий, – хлюпая носом, попросил Змай. – К цвету моих глаз.

— Хорошо, дурилка, – улыбнулась сквозь слёзы Мельця. – Будет тебе синий шёлк.

Она заметила Велгу, отстранилась от Змая и распахнула руки для новых объятий.

— Позаботься о моём балбесе, – попросила она. – А то пропадёт один.

— Обязательно, – пообещала Велга.

Они долго ещё прощались, а после Велга, Змай и Мишка так же долго стояли на причале, глядя вслед скренорскому драккару.

— А если они не успеют вернуться до зимы? – встревожился Змай. – Бури опасны.

— Ты видел, что сотворила Мельця с нашим храмом? – хмыкнула Велга. – Что ей какие-то бури? Море испугается её.

— Это да…

Они продолжили молча смотреть на реку.

На Торговых рядах было шумно и ещё более суетливо, чем обычно. Теперь, когда мир с Ратиславией был восстановлен, все спешили на юг, чтобы успеть продать товар на Благословенных островах и вернуться до начала зимы.