Книга Дождись меня в нашем саду, страница 99 – Ульяна Черкасова

— Сначала покажу тебе Грача.

— А потом? Собираешься держать меня в заложниках? Мой муж…

— Твой муж тот ещё оказался… – хмыкнул Белый, не глядя на Велгу. – Впрочем, все эти господа у власти… твари пострашнее, чем я. Не боишься?

Он наконец поднял глаза на Велгу. Вряд ли она могла рассмотреть его лицо в полумраке, зато он её – прекрасно. Растрёпанная, растерянная, гневная. И удивительно решительная.

— Кого? Матеуша? Он…

— Убийца. Чудище. Смотрю, Велга, ты притягиваешь к себе подлецов, убийц, насильников… у тебя особый дар.

Громко выдохнув, она сжала пальцы в кулаки, разжала, беспокойно поправляя складки платья. И, обойдя Белого, она неожиданно присела с другой стороны от него. Даже теперь, после погони, после пролитой крови и подземелий она сладко пахла дорогими маслами. И её золотое платье, её пышные, как буря, волосы словно освещали тёмные проходы под замком.

— Ты как? – глухо, смотря куда-то перед собой, спросила она.

Белый удивлённо повёл бровью.

— Ты о чём?

— О тебе. Спрашиваю, как ты?

Вопрос застал его врасплох. Он даже не понимал, как на него ответить. Разглядывая лицо девушки, Белый нахмурился. Она пыталась его поддеть? Насмехалась? К чему это всё было?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты только что убил собственную мать.

— А, это…

Наконец она встретилась с ним глазами. Её – большие, светлые, очень живые, полные боли, сострадания, любви, ненависти – были полны слёз.

— Только не притворяйся, что тебе плевать.

— А мне плевать, – процедил сквозь зубы Белый.

— Хватит, Войчех, – вздохнула Велга. – Тебе не может быть плевать. Я видела, как это случилось. Я видела, как тебе было…

Она замотала головой, не в силах подобрать слова. А Войчех и сам не знал названия своим чувствам. Они сидели где-то в груди, грызли сердце, точно червь яблоко.

— Я не знаю, – едва слышно проговорил он.

— То есть?

— Я не знаю, что чувствую.

Никто никогда прежде и не спрашивал его об этом. Это оказалось слишком непривычно, и вопрос ввёл Войчеха в ещё большее смятение.

— Ты… – он запнулся. – Спасибо.

— За что?

— За то, что спросила.

Он прикусил щёку изнутри, вдруг разозлившись за собственную мягкотелость, и поспешил усмехнуться как можно омерзительнее.

— Зуб за зуб, получается? Сначала я убил твою мать, а теперь по твоему приказу – свою собственную.

Велга не ответила, но лицо её мгновенно переменилось, взгляд обжёг ледяной водой северного моря. Так и не сказав ни слова, она поднялась и вернулась к остальным.

Когда чародеи наконец пришли в себя, Арн велел остановиться передохнуть.

Белый опёрся о стену. Он не сводил глаз с Инглайва, а сам прислушивался к звону бубенцов.

Белый Ворон слишком часто работал один. Он знал, что духи Нави его не трогали. Но он не учёл, что местные русалки были не против подкрепиться, например, скренорцами.

Первыми их заметил Станчик. Он завопил громко, пронзительно, и Белый сорвался с места, нырнув за угол.

Тварей оказалось всего три, поэтому дела были лучше, чем во дворе замка. И одна из них схватила…

— Вадзим!

У его ног тявкал Мишка, кусал мертвеца за ногу.

— Этот шут за вами попёрся! – рявкнул тот, размахивая мешком, вмазал утопцу по морде, и что-то пронзительно затрещало. – Мои гусли!

Подлетели скренорцы. С утопцами покончили быстро, но загнанный Станчик сорвался, бросился бежать. Белый следом. Остальные – за ними.