Книга И пришел Лесник! 7, страница 6 – Василий Лазарев

— Это я, извини, запуталась в твоих хоромах. Хотела попить, — неловко оправдываясь, прошептала Плакса.

— Ты будешь смеяться, но я тоже поначалу блуждал здесь. Нос сказал, что главному бухгалтеру положен такой отсек и точка. У меня есть вода и морс. Или ты живчику хочешь? Такого, как у папаши Каца у меня, конечно, нет.

— Нет, просто воды без газа. А удобно будет? — спросил Плакса по-прежнему стоя в дверях.

— Ну мы же ничем таким не занимаемся. Думаю, да. Проходи, — Архимед встал из-за стола и подошёл к холодильнику, достал двухлитровую бутыль с простой водой и налил полный стакан. Плакса с благодарностью приняла и спросила.

— Чем ты занят так поздно? Я оторвала тебя от чего-то важного? — она указала на разбросанные на столе бумаги.

— Нет, ничего особенного. Те две надписи с пенала, что нарисовал Титан… Они не дают мне покоя, что-то не сходится.

— Ты же перевёл их уже, — Плакса подошла ближе к столу и взглянула на бумаги.

— Перевёл то, перевёл. С этим всё точно, но там в конце каждой стоит знак вроде нашей запятой. Это говорит о том, что есть ещё и третья запись. Как минимум. Древние очень любят писать в столбик отделяя каждую строчку запятой. Для конца текста у них есть свой символ, вроде нашей точки.

— То есть на пенале должно быть ещё одно продолжение? — догадалась Плакса.

— Ага, как минимум, обязательно, но Титан нам про него ничего не сказал.

— Слушай! — Плаксу осенило. — Давай просто пойдём к нему и спросим. Пока он живой ещё и мы здесь. А то уйдём и всё. Его казнят и он ничего не расскажет уже.

— А это мысль! Я знаю, где его держат, — сказал Архимед, надевая ботинки. — Что, если нас хватятся?

— Мы быстро, спросим и назад, — радостно улыбнулась Плакса. — Сколько сейчас? Два часа ночи, они ещё долго буду спать. Архимед, а если он не вспомнит, как выглядела третья строка?

— Тогда мы спросим, где он спрятал пенал, хотя он же говорил уже. Дома… — огорчился Архимед. — Туда нам точно не добраться.

— Пошли, вдруг он и так вспомнит, — Плаксе не терпелось узнать, что за волшебная строчка осталась без внимания и что она может скрывать.

— Влетит нам, когда Лесник узнает, что мы посреди ночи пошли к Титану, — неуверенно сказал Архимед.

— Победителей не судят, вот увидишь, нас ещё благодарить будут, — Плакса нетерпеливо ожидала пока Архимед соберётся. Наконец, тихо прикрыв дверь, они вышли в общий коридор. Внизу на последнем ярусе шли работы по разбору завалов. Нос поставил людей работать в три смены, чтобы разбирали строительный мусор. С уцелевшего двадцатого яруса вниз опускались пустые контейнеры, а наверх их уже поднимали полными, используя лебёдки. Дальше они ставились на платформы и электропоезд вёз их на самый верх, где контейнеры в свою очередь выносили наружу. Таким образом между двадцатым ярусом и поверхностью сновали поезда вывозя мусор. Плакса и Архимед взглянули вниз и увидели не меньше пару сотен человек, копошившихся на двадцать четвёртом ярусе.

— Быстро у них получается, — заметила девушка.

— Да нет, там работы ещё на неделю. Но разбирать надо, необходимо освободить доступ в электрощитовую и водонапорную. Хорошо хоть их не задело во время взрыва.

— Это могло парализовать работу бункера? — поинтересовалась Плакса.

— Вполне. Как ты себе представляешь жизнь без электричества? Сразу за этим отключаться насосы и вода, которую мы берём из глубокой скважины, перестанет поступать наверх. Света нет, тепла нет, воды нет. Всё!