Книга Вперед в СССР! Том 1, страница 73 – Михаил Ежов, Ян Бадевский

— Здравствуйте, товарищи.

Мы дружно поднялись со своих мест, приветствуя наставника, но азиат попросил нас жестом вернуться в кресла. Дескать, пустые формальности. Неспешно прогулявшись от кафедры ко входу в аудиторию, закрыл дверь.

— Блокноты вам не понадобятся.

Фраза была обронена невзначай, но явно предназначалась мне.

Пожав плечами, я убрал блокнот и ручку в рюкзак.

Остановившись в центре комнаты, азиат заявил:

— Это не институт, не университет. И даже не обычная военная академия. Здесь учатся менторы. И учатся быстро. А кто не справляется… рискует сжечь свой контур и остаться инвалидом до конца дней. Советую зарубить это на носу.

Тишина повисла такая, что я слышал удары собственного сердца.

— А теперь давайте познакомимся, — улыбнулся азиат.

— Меня зовут Борис Антонович Пак, — представился азиат, окончательно убедив меня в том, что он обрусевший кореец. — И я — маршрутизатор.

— Кто? — донеслось справа.

Кресла были расставлены таким образом, что я мог рассмотреть каждого одногруппника. Реплика принадлежала высокой и стройной девушке, смотревшей на преподавателя свысока. Девушка была натуральной блондинкой с прямыми волосами, идеальной укладкой и совершенными чертами лица. Мне доводилось таких встречать в прошлой жизни. Ледяные королевы, которые во всём стремятся быть лучшими. Как правило, этот синдром закладывается непростыми родителями, достигшими определённого положения в обществе.

— Маршрутизатор, — терпеливо повторил Пак. — Это означает, что для каждого из вас я разрабатываю оптимальный маршрут развития одарённости. А ещё на моей совести промежуточные испытания.

Блондинка фыркнула.

Одного взгляда на одежду этой особы было достаточно, чтобы оценить класс. Все в Советском Союзе равны, но некоторые равнее. И выглядят не то чтобы опрятно, а дорого-богато. Строгая юбка до колен, белая блузка, туфли на каблуках. Материалы добротные, всё сшито на заказ.

— Сейчас вы получите учебные планшеты, — Пак кивком указал на кафедру, где возвышались две стопки картонных коробочек. Никаких маркировок, производителей, знаков качества. Только нумерация. Мне бросились в глаза цифры «1» и «9». — Хранить их будете на территории кампуса в личных боксах. Забирать домой нельзя. Скачивать данные на посторонние носители нельзя. Разглашать прочитанное нельзя. Равно как нельзя раскрывать гражданским нашу систему обучения.

— А что-нибудь вообще можно? — поинтересовалась девушка с противоположного края изогнутого ряда кресел. — Дышать, например?

— Пока можно, — холодно ответил Пак. — Но если Родина прикажет, вы перестанете дышать, товарищ Грекова.

Вопрошающая заткнулась.

Грекова пришла на установочное занятие в короткой юбке, открывающей шикарные ноги, весьма откровенной короткой рубашечке в мелкий красный горошек, расстёгнутой сверху, и ботильонах на высоком каблуке. Как-то не по-советски всё это выглядело. И да, по бедру красотки змеилась абстрактная татуировка. Копну чёрных волос девушка собрала в небрежный пучок на голове. Грудь третьего размера вот-вот могла вывалиться из декольте. Остальные участники спектакля смотрелись гораздо скромнее.

— Чтобы не терять время, — Пак отвернулся от развратницы, — я буду поднимать вас по фамилии. Курсант встаёт, представляется группе. Называет свой Дар, присвоенный ранг, даёт себе краткую характеристику. И получает планшет. Возражения?