Книга Вперед в СССР! Том 1, страница 74 – Михаил Ежов, Ян Бадевский

Все молчали. Какие тут могли быть возражения, собственно?

Борис Антонович пробежался пальцами по столешнице кафедры — я увидел подсвеченную клавиатурную разметку. В воздухе соткался голографический экран со списком фамилий.

— Алайская Екатерина, — тусклым голосом произнёс Пак.

Дерзкая блондинка поднялась со своего места.

— Вы меня уже представили, Борис Антонович. Я коренная москвичка. Окончила школу с золотой медалью, получила красный диплом МГИМО по специальности межмировых отношений. Дар — энергет, оперирую электричеством. Г-ранг.

При этих словах курсанты начали переглядываться.

Судя по всему, ранг у блондинки был выше, чем у одногруппников.

— Алайская? — нарушила затянувшуюся паузу Грекова. — У тебя папочка в международном отделе ЦК работает? Завсектором, да? По Китаю и Юго-Восточной Азии.

— Допустим, — поджала губы блондинка.

— А здесь ты что делаешь? — Грекова явно невзлюбила дочку номенклатурщика с первого взгляда. — Наказание, да? Пошалила немножко?

— Не твоего ума дело! — Алайская буквально источала презрение. — Я сама решила.

— Ну-ну! — буркнула черноволосая с ухмылкой.

— Попрошу не отвлекаться на посторонние темы, — пресёк намечающийся конфликт маршрутизатор. — Товарищ Алайская, заберите планшет.

Собравшиеся с интересом наблюдали за развернувшейся сценой.

Не проронив больше ни слова, блондинка направилась к кафедре, приняла из рук маршрутизатора коробку с гаджетом и села, демонстративно глядя в пустоту перед собой.

— Роман Булкин, — провозгласил Пак.

Мой сосед поднялся, пару секунд помолчал и выдал следующее:

— Я телепортер О-ранга. Сам из Калуги. В ПТУ учился… Что ещё сказать… На плотника, во! Закончил вечернюю школу. Немного на стройке поработал. И… я фигурки из дерева вырезаю. Красивые. Нэцкэ называются.

Кто-то фыркнул.

— Это игрушки такие? — спросил я, чтобы поддержать парня. — На полки ставить?

Булкин повернулся ко мне.

— Нет-нет, многие путают нэцке с окимоно, интерьерными миниатюрами, — быстро проговорил он, смущённо улыбаясь. — А нэцкэ — это вроде брелоков. В них есть отверстие для шнурка. Ну, просто раньше у японцев не было карманов, и они всё привязывали к поясу, — добавил он, покраснев от того, что занял у всех столько времени.

Я ободряюще кивнул, но большинство сидело с каменными лицами. Им мини-лекция о древнем искусстве явно была не интересна.

— Уважаю, — сказал Борис Антонович. — Человек из народа, простой труженик.

Рыжий получил свою коробку и уселся в кресло.

Следующей была Любовь Грекова.

— Лицедей, — нехотя сообщила девушка с татуировкой. — Жёлтый значок, да вы и сами видите. Девятнадцать лет. Окончила… два курса политеха. Отчислена за неуспеваемость.

При этих словах высокомерная блондинка мстительно хмыкнула.

— В вашем досье отмечен высокий уровень интеллекта, — тихо произнёс маршрутизатор.

— Неуспеваемость — это официальна причина, — в голосе девушки прорезалось недовольство.

— А какова реальная? — улыбнулся Борис Антонович.

Похоже, он всё знал и без комментариев Грековой. Но почему-то хотел, чтобы девушка сама сказала.

— Предпочитаю об этом не распространяться! — отрезала Люба.

Настала моя очередь.

— Владлен Громов. За плечами школа, никуда не поступил. Менталист. Ранг не определён.

После этих слов взгляды одногруппников скрестились на мне.