Книга Паладин, страница 4 – Ян Бадевский

И тут прилетела ответка.

Я даже не рассчитывал, что никчёмная гусеница владеет стихийной магией, поэтому чуть не пропустил вспышку. Электрический разряд врезался мне в грудь, отшвырнул в скользкую траву и основательно просадил доспех. Многоножка попыталась скастовать ещё одну молнию, но ей помешали земляные лопасти «мясорубки». С мерзким хлюпаньем тварь провалилась под землю и через несколько секунд меня накрыло шквалом энергии.

Перебрасываю побольше ки на доспех.

Отпрыгиваю в сторону, уклоняюсь от гибкого хлыста, замораживаю очередного уродливого недоноска и сношу рогатую башку своим мечом.

Зелёная слизь заливает меня сверху донизу.

Вот тебе, бабушка, и новые джинсы.

Смещаюсь вправо, разрубаю бегающего на длинных лапках «комара» и сжигаю второго огненным шаром. Перехватываю чью-то нахальную лапу и выкручиваю из сустава. Вижу зубастую пасть, сую туда огненный клинок, тварь отшатывается. Добиваю молнией.

В следующую секунду замечаю, что Вжух пятится под напором нескольких богомолов, атакующих на удивление слаженно. Спешу на помощь и разбираюсь с утырками. Питомец воспрял духом и снова начал работать своими клешнями, словно Эдик Руки-Крюки из одного старого фильма. Вдвоём мы разогнались не по-детски и расколошматили целый выводок потерявших берега богомолов.

Я заметил, что туман начал светлеть.

Не просто светлеть, его плотность явно снизилась.

А это значит, что Гримаун молодец, он выкосил целую толпу слизняков, выпускающих из себя эту мерзость. И немного приблизился к седьмой оболочке.

Иду добивать выживший сброд.

Теперь воевать легче — в тумане начали проступать контуры противников.

Не знаю, сколько прошло времени в той битве, по местному солнцу хрен поймёшь. Усталость на меня не накатывала, поскольку работал под усилением и постоянно напитывал ки свои мышцы с костями и сухожилиями. Но факт: когда туман рассеялся, я обнаружил себя стоящим метрах в трёхстах от Крепости, а вокруг словно ураган прошёлся. Слизь, мёртвые туши, куча отрубленных лап и отростков, рыхлые провалы от «мясорубок», участки промороженной или выгоревшей земли. И знаете, ощущение такое, что я один положил целую армию.

Прислушиваюсь к ощущениям.

Каналы и узлы в порядке. Астральные оболочки усилились, основательно подросла новая «плёнка». Ну, или сфера, до оболочки этому хаосу далеко. Меч перестал светиться, с клинка стекает зелёная слизь.

Мимо пробежал Вжух, пощёлкивая клешнями.

Грёбаный падальщик.

— Жри, что можешь, — разрешил я. — Остатки спалю к демонам, чтобы не воняли.

Краб не ответил.

В этой ипостаси у моего питомца отсутствовал речевой аппарат.

Убирать с доспеха фильтрующую мембрану я не спешил. Мало ли — остаточные испарения… Хорошенько протерев клинок пучком травы, смахнул остатки воздушной струёй и убрал в ножны.

Двинулся вокруг Крепости, чтобы найти вделанные в борт скобы. Тут же вспомнил, что спуск осуществляется по пандусу… который сейчас некому открыть. Ибо весь экипаж вырезан моими руками. Забив болт на условности, напитал ноги и руки силой, прыгнул, оттолкнулся от выступа гусеничного трака, прыгнул ещё выше, зацепился за вделанную в борт скобу, подтянулся…

И вот я уже на техническом парапете.

Теперь нужно люк найти — и дело в шляпе…

Взвыло чутьё.

Кто-то находился внутри Крепости.