Книга Синдикаты на краю империи, страница 3 – Ян Бадевский

— Хочешь сказать, — я подумал, прежде чем продолжить фразу, — что среди Ночных Тварей есть одарённые?

— Встречаются, — нехотя признал Убыток. — Среди высшего звена. Или ты забыл про Катка и его телохранителей?

— Помню.

— Дело не в них, Кромсатель. Есть мнение, что Чёрное Око стало активнее вмешиваться в наши разборки. Так думают наверху.

Тоже логично.

Девка, которую я закопал в лесу на прошлой неделе, была перемещена в мой дом с помощью неведомого артефакта. Бродяга уверяет, что это технология свёртывания пространства. Многомерного пространства, через которое мы проскальзываем во время своих переездов.

— Пират… он из Ока? — по спине пробежал холодок.

— Я этого не говорил, — Убыток выдавал информацию дозированно и наблюдал за моей реакцией. Точнее, за реакцией аватара, созданного для меня Джан. — Он из Тварей, но Око воспользовалось своими инструментами, чтобы испортить нам жизнь.

— Хорошо, — я кивнул. — И в чём сложность?

— Мы не знаем, где этого ублюдка искать.

— В Черномории, — предположил я.

Убыток снова вздохнул.

Отпил немного чая из своего стакана.

— Понимаешь, брат… Нет его там.

— Во всей Бате?

— И в губернии. Похоже, Око из другой части страны этого хмыря подтянуло. Я даже не представляю — откуда именно. Ни фамилии, ни адреса.

Всё понятно.

Неуловимый мститель, который используется в качестве решающего аргумента. Кланы в обязательном порядке комплектуют свои армии отрядами подготовленных прыгунов. Эдакие коммандос, умеющие телепортироваться в любую точку планеты и выполнять боевые задачи. Тренированные, безжалостные воины, ничем не уступающие профессиональным синоби.

Чёрное Око было тайным обществом.

И руководство этой организации сумело раздобыть крутую артефакторику Предтеч, с помощью которой планировало свергнуть власть одарённых.

— Сколько платишь? — задал я ключевой вопрос.

— Сорок, — не задумываясь, ответил Убыток.

Качаю головой:

— Этого недостаточно. Во-первых, он мета, а это связано с повышенными рисками. Во-вторых, я не получу конверт с данными по объекту. А это предусматривает дополнительное… хм… беспокойство.

— Пятьдесят. Это окончательная цена. И только за его голову.

— Телохранителей нет?

— Как видишь, они ему не нужны.

Пауза.

— Я подумаю, как организовать охоту, — ставлю стакан, давая понять, что разговор окончен. — И свяжусь с тобой, если появятся идеи.

— Удачи, брат.

Терраса провалилась во тьму, из которой я так и не сумел выбраться. Под утро, когда зазвенел будильник, я проснулся со странным чувством… будто от меня ускользнуло нечто важное. Обрывки сновидений, представляющие ценность. То ли откровения, то ли предвидения. Всё это не удержалось в памяти.

За окном царил ноябрь.

Мне надо в школу, которая, признаться, уже стала утомлять. Сегодня вторник или четверг? Кажется, четверг. Неуловимый куратор Райнер что-то говорил по поводу экскурсии для пробуждённых. Якобы это обязательно, и мы должны явиться…

К десяти?

Напрягаю память из всех сил, а потом вспоминаю, что у меня есть блокнот. В этом мире дневников не изобрели. Оценки ставятся в журнале и никуда не дублируются. Так что расписание, домашку и прочие важные вещи мы записываем в блокнот. Я купил себе ежедневник, в котором каждая страница соответствовала определённой дате. Кожаный переплёт, все дела. Верёвочная закладка.