Книга Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня, страница 278 – Тахира Мафи

Я смотрю на коврики так, как будто это самое замечательное произведение искусства, которое только мне доводилось видеть на этой земле.

— Мисс Феррарс, – продолжает Касл, – я не завидую тому положению, в котором вы сейчас оказались. И прекрасно понимаю, как вы должны себя сейчас чувствовать.

Мне хочется сказать ему: «Нет, Касл, вы ровным счетом ничего не понимаете. Вы ничего не понимаете. Потому что вы многого еще не знаете. Вы понятия не имеете о том, что они братья, братья, ненавидящие друг друга, братья, которых объединяет только одно – они оба мечтают убить своего отца».

Но я ничего подобного не говорю. Я вообще ничего не говорю.

Я сижу на коврике, закрыв голову руками, и думаю, что же еще может пойти для меня не так. И сколько ошибок мне еще предстоит сделать, прежде чем все встанет на свои места.

Если, конечно, вообще когда-нибудь встанет.

Я чувствую себя униженной.

Я вспоминала этот эпизод всю ночь, и только утром до меня дошел весь его смысл. Наверное, Уорнер умышленно рассказал все Каслу. Он продолжает играть со мной в свои игры, потому что сам он ничуть не изменился, потому что он все еще пытается переманить меня на свою сторону. Он хочет использовать меня в своем проекте и заодно сделать мне больно.

Но я этого не допущу.

Я не позволю Уорнеру обмануть себя, манипулировать моими эмоциями для достижения своих грязных целей. Не могу поверить, что я его даже пожалела один раз. Я проявила слабость, я даже испытала нечто похожее на нежность, когда увидела его рядом с отцом. И я даже поверила ему, когда он рассказал мне про мой дневник. Какая же я доверчивая и наивная девчонка!

Я была дурочкой, когда решила, что он способен проявлять простые человеческие эмоции.

Я сказала Каслу, что, возможно, он теперь поручит это задание кому-нибудь другому, раз уж теперь он знает, что Уорнер может беспрепятственно касаться меня. И еще добавила, что это может быть опасно для меня. Он долго хохотал и никак не мог остановиться, а потом заявил: «Знаете что, мисс Феррарс, я абсолютно уверен в том, что вы в любом случае сможете защитить себя. И вы вообще вооружены против него гораздо лучше и надежнее, чем любой из нас. Кроме того, – добавил он, – ситуация для вас складывается идеальная. Если он действительно влюблен в вас, вы сможете использовать это с пользой для всех нас. Нам сейчас требуется именно ваша помощь. – Тут он опять стал серьезным. – Мы должны использовать каждый шанс, и сейчас вы, как никто другой, способны отыскать все ответы на интересующие нас вопросы. Прошу вас, попробуйте выяснить у него все то, что для нас так важно. Или хотя бы что-нибудь. Помните, что от этого будет зависеть жизнь Уинстона и Брендана».

В этом он прав.

Вот почему я откладываю в сторонку все свои личные переживания, потому что Уинстон и Брендан остаются где-то там, наверху. Они в беде, и мы должны обязательно разыскать их. И для этого я сделаю все, что от меня зависит.

А это означает, что мне снова придется встретиться с Уорнером.

Я буду относиться к нему как к самому обыкновенному пленному. Никаких посторонних разговоров. Я не поддамся на его уловки, и сломить меня теперь ему не удастся. Больше у него это не получится, нет. На этот раз я буду умнее. И осторожнее.

И еще мне нужно вернуть себе тот самый дневник.