Книга Я – «гадкий утёнок» королевской семьи, страница 51 – Александра Звездочёт

— Кто там? — спросила она достаточно громко, стараясь, чтобы ее высокий девичий голос звучал чуть ниже.

— Мы целители, госпожа, — ответили из-за двери. — Его Светлость поручил нам внимательно осмотреть раны леди Исилии Серенвинд.

«Его Светлость»? Они только что сказали «Его Светлость»? Значит, Ракхтар — барон или даже герцог? Так вот кто оказался неким «господином Кайхкаррен», о котором упоминал Феландир, когда мы впервые встретились с ним в тот день.

Металлическая ручка щелкнула, и на пороге появились двое высоких мужчин: один из них, тот, что старше, имел глаза ярко-фиолетового цвета, а за спиной у него виднелись крылья такого же насыщенного оттенка. Сиренекрылый.

У второго, еще совсем молодого, примерно одного возраста со мной, были потрясающе красивые васильковые глаза, белоснежные волосы ниже плеч и большие кобальтово-льдистые крылья, скромно сложенные за спиной.

Лазурекрылый. Я невольно залюбовалась его невероятно привлекательной и в то же время очень необычной внешностью, ведь мне впервые в жизни довелось встретить представителя этой национальности: овальное лицо с едва заметными скулами, маленькие, но пухлые чувственные губы, небольшой, чуть вздернутый нос и длинные белые одежды, идеально сочетавшиеся с его природной красотой. Молодой человек был похож на глубокое безбрежное море, в которое медленно погружались крупные хлопья колючего снега.

— Миледи?..

Тихий, мягкий голос вернул меня к действительности. Только сейчас я поняла, в каком неловком положении оказалась: целую минуту я смотрела на юношу, смотрела открыто и беззастенчиво, будто девица, не наученная даже элементарным правилам этикета.

Почувствовав, что мои щеки начинают пылать и становятся алыми, мне вдруг захотелось провалиться сквозь землю.

— Я… я прошу прощения…

Сердце вдруг забилось быстрее от волнения. Нет, дело не в «любви с первого взгляда» или чего-то в этом роде, в которую я никогда не верила и не собиралась верить. Просто мне всегда было очень неловко в компании незнакомых мужчин. Мне уже исполнилось двадцать весен, но рядом со мной никогда не было тех самых «потенциальных женихов», готовых дождаться моего совершеннолетия и предложить свою кандидатуру в качестве будущего супруга. Почему я никому не была интересна, думаю, объяснять не надо: все дело в отсутствии крыльев.

Вот из-за чего Сиренекрылая вроде меня, обделенная мужским вниманием, всегда с внутренней тревогой относилась к неожиданным попыткам других аристократов заговорить с ней. И даже не с тревогой, а скорее с настоящим страхом. Страхом не оправдать ожидания окружающих, разочаровать их, вызвать неприязнь к себе, опозориться.

У меня часто бывали такие моменты, когда я сжимала кулаки, хмурилась и говорила себе: «Каждый человек в этом мире уникален, и надо стараться любить себя такой, какая ты есть». Вот только как полюбить себя, «красивую по-своему, уникальную по-своему», когда все, абсолютно все вокруг говорит об обратном? Закрывать на это глаза? Игнорировать? Но как?

— Юная леди, должно быть, испугалась моего необычного внешнего вида?

Смущенно подняв глаза, я увидела стоящего напротив меня Лазурекрылого, скромно держащего перед собой сложенные руки. На голове его покоился широкий капюшон с витиеватыми синими узорами, в больших сапфировых глазах отражался тусклый свет одинокого канделябра.