Книга Хрупкость, страница 100 – Кортни Ли Винн

Как безжалостно она завладела моими мыслями. Это всего лишь простая благодарность. И не более того.

За доброту, проявленную к одному из моих подданных… и за то, что напомнила мне, каково это – смеяться.

Я прибавляю эту причину к своему списку и продолжаю идти по тускло освещенному туннелю. Эти темные туннели для слуг представляют собой лабиринт за стенами замка, где у каждого входа и выхода расставлены стражники.

Пройти под сводами туннелей – самая легкая часть плана. Почти все слуги спят, и я быстро добираюсь до четвертого этажа. Но тут туннели заканчиваются, и появляются стражники.

Приблизившись к последнему участку туннелей, я ставлю тарелку и чашку на пол и превращаюсь в духа. Я мысленно представляю оставшееся расстояние до башни Низзары. Длинный коридор, потом направо, еще один длинный коридор и подъем на башню, где уже ждут стражники.

Между мной и дверью ее покоев находятся четырнадцать стражников, в том числе семь личных стражников Низзары. Тени внутри меня оживают.

— Пусть она умрет с голоду.

Но мое старое «я», похороненное под тенями, шепчет:

— Иди.

Я нахожу боковой коридор и опускаюсь на бархатную, черную с золотом ковровую дорожку, проложенную под рядами массивных картин, среди которых есть портрет Маззара. Мне не требуется много времени, чтобы выбрать картину, которую я собираюсь разбить о пол. В коридоре раздается оглушительный грохот. Кто бы мог подумать, что разрушение может принести такую радость?

Я слышу бегущие шаги, направляющиеся в мою сторону. Я превращаюсь в духа и пролетаю над головами пятерых стражников, появившихся из-за угла.

После этого я вновь превращаюсь в человека, беру тарелку и бегу по первому коридору, который теперь совершенно пуст. В соседнем коридоре я ставлю тарелку с чашкой на пол и заглядываю за угол. У подножия винтовой лестницы Низзары стоят двое стражников, и еще семеро находятся наверху.

Превратившись в духа, я лечу в другой коридор, чтобы снова отвлечь стражников. Два из них уже спешат по коридору, но стены здесь голые, и на них нет никаких картин.

Я поднимаю голову. Огромная затейливая люстра, висящая на железной цепи, занимает половину коридора. Я подлетаю к ней, материализуюсь прямо в воздухе, взмахиваю клинком и тут же превращаюсь в духа.

Проходит целых три секунды, прежде чем люстра с грохотом разбивается о мраморный пол. Черно-золотой ковер не способен смягчить звук падения, и от удара черные осколки кристаллов, шипы и цепи разлетаются во все стороны. Брунар и пятеро его товарищей бегут по коридору, а это значит, что у двери Низзары остался только один стражник.

Я хватаю тарелку, ставлю ее у подножия лестницы и превращаюсь в призрака, чтобы избавиться от стражника. Я собираюсь возникнуть у него за спиной и нанести ему удар в висок, но тут снизу раздаются крики его товарищей. Он хватает меч и бежит по ступенькам вниз.

Ему повезло.

Я беру тарелку и преодолеваю последний участок лестницы, ведущей к двери Низзары. Внезапно воздух вокруг меня становится ледяным.

Лед Баратрума ползет по стенам, заполняя пространство. Я бесшумно ставлю тарелку и стакан на мраморный пол, беру в руку меч и поворачиваюсь к источнику холода.

— Ты всегда был хорошим посыльным. – В конце темного коридора возникает силуэт.

— Фен, – произношу я, и по моим мертвым венам ползет лед. – Что тебе нужно?