Книга Ресторанчик «Тыквенный фонарь», страница 99 – Анна Кейв

Николь беспомощно взглянула на Вильяма, но тот лишь непонимающе пожал плечами.

— Это семейная реликвия. Бабушка подарила мне ее, когда родители решили увезти меня из Франции. Что не так?

— Хватит врать! – внезапно взорвалась Аманда, ударив ладонью по столу так, что солонка подпрыгнула. – Вильям тоже носит такой же знак! Скажешь, это совпадение?! Парные украшения?!

Вильям положил локти на стол, оголяя запястья, и подался вперед, хмурясь:

— Крис, Аманда, что происходит? Почему вы накинулись на Николь?

Аманда хмыкнула:

— Хорошо, можешь начать первым. Откуда у тебя этот браслет?

Вильям опустил уставший взгляд на запястье и пожал плечами:

— Купил на распродаже. Еще в Осло. Гулял в последние дни перед нашим отъездом и решил купить что-то на память о Норвегии.

Крис прищурился:

— И как этот символ связан с Норвегией?

Вильям снова пожал плечами:

— Никак. Но когда мне становится грустно и я начинаю скучать по родине, надеваю этот браслет и вспоминаю те последние дни, за которые обошел почти весь город, чтобы запомнить его.

Аманда и Крис переглянулись. Звучало убедительно. Это объясняло, почему Аманда не видела браслет раньше: Вильям нечасто его надевал.

— Лидия видела этот браслет? – пытливо уточнила Аманда.

— Да, – удивленно кивнул он. – Она заинтересовалась им так же, как ты, только не в таком тоне. Лидия заметила браслет в самый первый день, когда мы с родителями пришли в «Тыквенный фонарь».

— Она увидела его до или после того, как пригласила пожить у нас? – быстро спросила Аманда.

— До. Лидия несколько дней крутилась около меня и расспрашивала о браслете. Потом она успокоилась и попросила, чтобы я никому его не отдавал и не продавал, хранил на будущее. – Вильям помедлил и добавил: – Я всегда думал, что она имела в виду память о родине, но теперь сомневаюсь.

Аманда сцепила холодные пальцы в замок. Значит, бабушка знала о том, что у Вильяма был оберег… И судя по всему, она верила в то, что он оказался у Вильяма совершенно случайно и не имел отношения к возрождению культа. Она поддерживала их дружбу, уверенная в том, что однажды Вильям и его символ помогут внучке.

Аманда метнула пристальный взгляд на Николь:

— А что скажешь ты?

Крис предупредил, сощурившись:

— Только не выдумывай, что ты нашла такую же подвеску, как у Вильяма, и купила для того, чтобы смотреть в моменты грусти и вспоминать о нем.

Вильям нахмурился:

— Да о какой подвеске вы говорите? – Он повернулся к своей девушке и вопросительно выгнул бровь: – Николь?

У той заметался взгляд от одного к другому. Наконец, она потянула за цепочку и показала оберег. Вильям тут же сравнил его с тем, что украшал его браслет, и присвистнул:

— Один-один…

— Один в один, – машинально поправила его Николь, удивленно рассматривая оба оберега.

— Вы что, никогда не замечали этого сходства? – насмешливо фыркнул Крис.

Вильям повел плечом и напомнил:

— Нет, я же редко надеваю браслет. У Николь подвеска всегда под одеждой, а ночью… – он запнулся и покраснел, – темно. Ребята, в чем дело?

Аманда с вызовом сузила глаза:

— Вот только не делайте вид, что ничего не понимаете!

Николь покачала головой:

— Но мы правда не понимаем. Эта подвеска досталась мне от бабушки. Как я уже сказала, она подарила ее мне, когда родители решили переехать в Лостшир, чтобы я ее не забывала. Бабушка хранила кулон в память о своей сестре, с которой была очень близка, но решила, что нужно передать наследие мне. Раньше подвеска принадлежала ей – моей двоюродной бабушке Миллисент.