Книга Руководство для одиноких сердец, страница 29 – Мэдди Доусон

— Куда запропастилась эта монахиня? — осведомилась Линди.

— Сказала, что принесет наши документы, но она наверняка удалилась, чтобы не мешать нам. Расскажи мне о своей работе, — быстро произнесла я. — Говоришь, салон называется «Уголок рая»?

Она протянула мне визитную карточку — теперь ее звали Линди В. Макинтайр — и рассказала, что наняла шестерых новых парикмахеров и маникюршу и что недавно салон переехал в новое, более просторное помещение на Маккинли-стрит, которое она оформила сама. Пришлось потрудиться — и немало! — но теперь бизнес приносит доход и заведение напоминает настоящий оазис. К этому она и стремилась — открыть такое место для женщин, где их будут холить и лелеять.

— А как насчет тебя? — поинтересовалась она. — Расскажи, как ты живешь. Муж? Дети? Работа?

Линди оценивающе окинула меня взглядом, и внезапно меня осенило, что она вежлива и доброжелательна, но подругами мы не станем. Это была вежливость парикмахерши, которая стрижет тебя, но не собирается с тобой выпивать или представлять тебя своим детям. И с какой стати я ожидала большего? Мне даже нечего было ей рассказать, чтобы вызвать интерес к себе. Она была успешной, состоявшейся женщиной, а я — что скрывать — неудачницей, которая все еще ищет свое предназначение и надеется, что оно свалится на нее с неба, а этого почему-то не происходит.

И я сказала ей правду: бывший муж сбежал с кассиршей из банка, мать умерла от рака. Моя жизнь показалась мне безнадежно унылой, пока я не вспомнила про перемены к лучшему — я влюбилась в замечательного мужчину, который занимается запчастями для парусников, и у него есть двое чудесных детей-подростков. Я объясняла, что он был женат около двадцати лет, но решил, что настало время принять правильное решение, и что, конечно, подростки — это испытание, учитывая, что материнского опыта у меня еще нет, но с ними так интересно, а Картер говорит, что я им очень понравилась, — и тут Линди перебила меня:

— Давно ты с ним встречаешься?

— Ну… — Я проглотила ком в горле. — Собственно говоря, месяц.

Глаза ее расширились, и мне захотелось взять свои слова назад и перефразировать, потому что, давайте говорить честно, месяц — это всего ничего. Я показала ей фотографию Картера, которую сделала в гавани. Но когда Линди спросила, есть ли у меня фотографии детей, у меня их, разумеется, не оказалось. Нахмурившись, я бессмысленно листала снимки в телефоне. У меня было полно изображений домов, которые я готовила к продаже, снимки мамы в тюрбане, улыбавшейся и машущей мне, но ничего больше. Мама говорила, что мне надо бросить привычку лезть из кожи вон. Я выключила телефон и улыбнулась Линди, и вдруг в голове у меня расцвела прекрасная идея.

— Давай поговорим о волосах, — склонившись к ней, предложила я. — Твои просто роскошные. Такие гладкие! Как так вышло, что у тебя не такие лохматые непослушные кудри, как у меня?

Она изучила мою прическу.

— Тебе нужно кератиновое лечение, — сказала она. — На самом деле у меня такие же волосы, как и у тебя. В домашних условиях это не делается, надо посещать салон дважды в год — и волосы перестанут виться мелким бесом.

— Правда? Никогда об этом не слышала. Как, ты говоришь, это называется?

— Кератин. Лучше ничего не придумано, — заверила она. — Процедура занимает несколько часов, но очень эффективна.