Книга Попаданка на диплодоке: инструкция по выживанию, страница 44 – Ася Юрская

— А вы бы хотели? — спросил он тихо.

— Я не знаю. Честно. С одной стороны, там моя жизнь, моя работа. Мой любимый сломанный диван, интернет, в конце концов. Там кофе, который можно купить на каждом углу. С другой стороны… — я обвела рукой долину, динозавров, небо. — Здесь я чувствую себя живой. Там я просто существовала, а здесь хоть я каждый день и рискую быть съеденной, но чувствую каждый вдох.

Лорд долго смотрел на меня. Молчание между нами было таким плотным, что, казалось, его можно было потрогать. Я видела, как его взгляд скользит по моему лицу. По глазам, по губам, по выбившейся из причёски пряди. И чувствовала, как под этим взглядом у меня немеют пальцы. Он думает. Пытается понять, что со мной делать. Господи, почему он всегда так смотрит?

— Тогда оставайтесь, — сказал он просто.

— Вы так говорите, будто это легко.

— Нет. Но когда логика заходит в тупик, приходится слушать сердце.

Он протянул мне руку и я, поколебавшись, вложила в неё свою.

Так мы и пошли по тропинке. Рука в руке. Под пение неведомых птиц, среди запахов чужого мира, который постепенно становился своим.

Лорд Дамиан Фаррер

Она сидела в моём любимом кресле у окна, окружённая стопками бумаг, и я смотрел на неё из дверного проёма. За последние недели это уже стало привычкой. Опасной, раздражающей, совершенно непростительной для человека моего положения привычкой. Я наблюдал за ней, когда она не видит. За тем, как она поправляет выбившуюся прядь, не отрываясь от чтения. За тем, как её пальцы машинально постукивают по подлокотнику в ритме какой-то неслышимой музыки. За тем, как она хмурится, когда что-то не понимает.

Это было неправильно. Я был лордом Фаррером, хранителем заповедника и одним из четырёх великих землевладельцев империи, а она была гостьей, которая может уехать в любой момент. Сегодня я должен был сказать ей о бале и уже осознавал, что её реакция будет далека от восторга.

* * *

— Бал? — сказала она, когда я положил на стол тяжёлый пергаментный конверт.

Слова прозвучали резко, а её пальцы вцепились в подлокотники кресла с такой силой, что костяшки побелели.

— Бал, — ответил я, сохраняя невозмутимость.

Она посмотрела на пригласительный так, будто я дал ей конверт с насекомыми.

— Через две недели в столице состоится Императорский осенний приём. Приглашены все видные учёные, аристократия, военные и, что самое важное, представители Единой Церкви. Моё присутствие обязательно. И я не могу появиться там один.

Она слушала, и я видел, как меняется её дыхание. Вдох короткий, выдох слишком долгий. Похоже, она испугалась.

— И при чём здесь я? — спросила она.

— Вы поедете со мной, — произнёс я тихо.

Она расхохоталась. Смех получился нервным, почти истеричным. Он вырвался из её горла внезапно, громко, с лёгким всхлипом на конце, и заметался по библиотеке, отскакивая от книжных стеллажей. Она смеялась, прижав ладонь к груди. Я ждал. Внезапно смех оборвался и в библиотеке на несколько секунд повисла тишина.

— Лорд Фаррер, — выдохнула она. — Вы видели, как я делаю реверанс? Я похожа на раненую цаплю, которую ударили обухом по голове. А вы хотите, чтобы я поехала на императорский бал? В столицу? Где, по вашим же словам, собираются все инквизиторы и шпионы?

— Именно, — кивнул я.