Онлайн книга «Венецианский роман»
|
6 Газету при тусклом свете прикроватной лампы читать было почти так же трудно, как в траттории. На первой странице – маленькая карта Макао и противолежащей территории китайского побережья, с едва различимой «специальной экономической зоной» Цзиньшань. В статье говорится, что игорные дома в Цзиньшане закрыли, а дальше следует такой комментарий: кто сомневался в том, что китайцы закроют такие заведения, как Crazy Paris, где девицы выступают одетые только в боксерские перчатки? Посмотрим, примут ли они меры такого рода (так заканчивалась статья) также и в Гонконге. И на внутренних страницах читать нечего, кроме новостей о Гонконге и Коулуне, где сообщается, в частности, о том, что миссис Лифтон-Коль собрала в Малайзии свыше 7000 рингитов (то есть около 2500 фунтов стерлингов) для Общества охраны природы и обещает собрать столько же в Сингапуре. А еще ожидается прибытие японского путешественника Кеничи Орие, который впервые пересек Тихий океан на судне, использующем только солнечную энергию. Среди писем в редакцию было письмо, где от имени какого-то общества из Цюриха выражалось возмущение по поводу притеснения коренных жителей острова Тимор со стороны Джакарты. Мистер Сильвера уже достаточно начитался – можно попытаться заснуть. Он проглядывает еще платные объявления на последней странице, где замечает такое, адресованное какому-то Йоргенсену: «Семейная проблема, срочно звони домой или в Пенсильванию!» А среди приглашений на работу он находит только одно – от агентства, в котором он уже служил: нужны красивые люди, beautiful people, для торжественных приемов и различных рекламных презентаций. Он уронил газету (гонконгский ежедневник South China Morning Post) на пол и выключил свет. 7 Она тоже постоянно приезжала и уезжала, как и я, жила то здесь, то там. И, как говорят злые языки, ее путешествия были полны галантных развлечений, тайных встреч с мужчинами, что, впрочем, совсем не в ее стиле, так же как не в моем. Мы обе – женщины «высокородные», у обеих муж старше на двадцать лет: у меня римский аристократ, у нее – шведский. Но на этом, если верить предисловию к роману «Коринна, или Италия», заканчивается сходство между мной и баронессой Анной-Луизой-Жерменой де Сталь, урожденной Неккер. Несмотря на непривлекательную внешность, она была необыкновенной женщиной, обладала сильным характером и недюжинным умом и стала знаменитой писательницей. Тогда как я в личном плане – человек малопредприимчивый, томящийся сейчас в одиночестве на широченной кровати; что же касается моего ума, то в данный момент он уже не способен сосредоточиться: я начала пропускать строчки и прыгать через абзацы. Я наткнулась на эту книгу сегодня утром в книжной лавке женевского аэропорта и в самолете прочла несколько страниц. Сейчас я снова взялась за нее; ведь надо провести время, прежде чем перезвонить в Рим мужу, в восемь часов его еще не было дома; наверно, ужинает где-то и скоро вернется. Конечно, ни одна женщина, сравнивая какие-то эпизоды своей жизни с жизнью другой женщины, не упустит оказию принизить, насколько возможно, эту другую. Я, например, подумала: какой ужасной, неумолимой, всегда желающей выиграть, должно быть, была эта мадам де Сталь, чтобы вызвать у отчаявшегося Бенжамена Констана такое высказывание: «При вас я чувствую себя всегда недостаточным и никогда необходимым». |