Книга Жестокое общество, страница 12 – Морган Бриджес

Она поднимает руки, и я, ни на мгновение не забывая о ее ране, одним точным движением стягиваю с нее одежду. Повязка такая же белая, как ее кружевные трусики.

Я подцепляю их пальцем, и Делайла прикусывает пухлую нижнюю губу.

— Прекрати, – киваю на ее рот, – ты себе больно сделаешь.

— То есть причинять мне боль только ты можешь?

Едва удерживаю рвущийся из груди смешок.

— Это другое. К тому же доктор запретил тебе физическую активность.

— Вряд ли он имел в виду, что мне нельзя самостоятельно снимать трусы, – бурчит она.

— Не надо со мной воевать, маленький ястреб, – не могу удержаться от улыбки. – Мы же не станем заниматься сексом. Я просто хочу о тебе позаботиться.

— Потому что я твоя невеста? Твоя собственность?

— Нет. Потому что ты – единственный в мире человек, до которого мне есть дело.

Она мгновенно сдувается, как проколотый воздушный шарик, каждая мышца в ее теле расслабляется. Она не двигается, но я чувствую, что она больше не станет сопротивляться.

Стягиваю с нее трусики, и она сама приподнимает бедра. Полоска ткани съезжает с круглой попки, и вот мне уже видна ее киска. Член от такого зрелища дергается и встает еще сильнее.

Стащив кружевную тряпицу вниз по ногам, я встаю и протягиваю ей руку. Делайла ошеломленно смотрит на меня, грудь ее бурно вздымается. Соски у нее затвердели, она такая мокрая, что я даже запах чувствую.

Так мне никакого самообладания не хватит.

Подхватив ее на руки, несу в ванную. Делайла со стоном прячет лицо у меня на груди. Сажаю ее на холодную мраморную стойку, она вздрагивает. Дождавшись, чтобы нагрелась вода, стаскиваю одежду и вношу ее в душ.

— Мне жутко неловко, – бормочет она.

— С чего бы? Ты такая красивая! – изумляюсь я.

— Но ты все увидишь.

— Я и так тебя видел. Забыла?

— Тогда было темно.

— Придется привыкнуть, – опустив Делайлу на пол, я придерживаю ее за талию, а сам тянусь закрыть дверь душевой кабины. – Я часто буду видеть тебя обнаженной. Каждый дюйм твой буду рассматривать. И никому больше не позволю.

— А как же врачи? – надувает губки она.

— Этого я убить был готов, но что делать, он должен был тебя прооперировать.

— Ты абсолютно поехавший.

— Согласен, – ухмыляюсь я. – Это ты сводишь меня с ума, – наливаю в ладонь шампунь. – Намочи голову.

Она закатывает глаза, но слушается. Я втираю шампунь ей в волосы, массируя кожу головы и виски. Она негромко стонет. И этот звук отдается мне в кончики пальцев. Член тут же подпрыгивает и упирается ей в поясницу.

— Тебе тоже кое к чему придется привыкнуть, – она нарочно трется своей попкой о мой член. – К тому, что мне запрещена физическая активность.

Так и хочется шлепнуть ее, но вместо этого я берусь за кондиционер для волос. Она расслабляется от моих движений. Я мою ей голову, а сам ругаю себя на чем свет стоит. Вот идиот, думал, что смогу не потерять самообладания.

Поскорее смываю с нее мыло и заворачиваю в полотенце. Теперь хоть не вижу ее голую, но хочу от этого не меньше.

Я за этот вечер точно умом тронусь.

— Ложись, – командую я.

Делайла смотрит на меня, отчаянно вцепившись в полотенце. Будто бы эта тряпка не позволит мне взять то, что и так мое.

— Зачем?

— Осмотрю рану.

Она слушается, но глядит по-прежнему с недоверием.

— Только ты будешь осторожен?