Книга Любовь под прицелом, страница 120 – Кристина Янг

— Здравствуйте! — улыбнулась я.

— Проходи скорее!

Елена потянула меня за руку и закрыла за мной дверь. Она заключила меня в свои крепкие объятия, продолжая выражать свой восторг при виде меня.

— Как же я рада тебя видеть, девочка моя!

Боковым зрением я увидела, как из гостиной вышел Николай Васильевич.

— Какой долгожданный гость к нам пожаловал, — улыбаясь подходил он ко мне, чтобы поприветствовать.

Я уже думала протянуть ему руку для приветствия, но Николай Васильевич заключил меня в свои объятия и по-отцовски поцеловал в лоб.

— Здравствуй, дочка. Хорошо, что заглянула к нам.

Я кое-как держалась, чтобы не прослезиться от такой теплой встречи, будто в этом доме меня ждали весь год.

— Пойдем скорее на кухню пить чай, я пирог только-только вытащила из духовки, — соблазняла Елена.

Мы втроем отправились на кухню, где я с удовольствием приняла вкусное угощение. Елена с мужем задавали мне много вопросов о моей жизни: как я училась, как сдала сессию, как живу и чем занимаюсь. Они действительно считают меня своим родным человеком, иначе бы не относились так трепетно и радушно. Такое отношение тяжело сымитировать, лицемерие возможно заметить сразу. Эти люди искренне окружают меня своей любовью и считают своим родным человеком. И правда смотрят на меня, как на дочь.

Мы приехали в Ейск неделю назад, но сомневалась в том, могла ли я навестить родителей Андрея без его присутствия. А потом вспомнила про это особенное отношение и нелепые сомнения как рукой сняло.

К тому же в этих стенах мне сразу стало как-то легче.

Николай Васильевич вскоре оставил нас с Еленой наедине. Она мигом уловила мое подавленное состояние и принялась утешать, решив поднять эту щекотливую тему. Я делилась со своей тоской с Анфисой и Ксюшей, но лучше всех меня способна понять только та, кто утопает в тех же чувствах, что и я. С Еленой мы будем говорить на одном языке. Разделив с ней печаль, мне станет определенно легче.

— Скучаешь по Андрею, да? — слабо улыбнулась Елена, сжав мою руку в своей.

Я тяжело вздохнула:

— Неужели так будет всегда?

— Знаешь, я тебе так скажу: чем беспокойнее в стране обстановка, тем чаще он будет пропадать. Первые и самые лучшие наши годы с Николаем вместе прошли в таком же напряжении из-за обстановки в стране. Развал, войны, ужасное время. Но мы выстояли. И вы справитесь. Главное, чтобы желание ждать в тебе не угасало.

Я энергично помотала головой.

— Этого точно не случится. Мне кажется, что в разлуке я люблю Андрея еще больше и сильнее. Но я так тоскую… В последнее время нет такой ночи, чтобы я не плакала перед сном. Так паршиво на душе становится, так… невыносимо.

Я зажмурилась и опустила голову, задержав дыхание. Елена вздохнула и встала со стула, чтобы подарить мне свои утешающие объятия.

— Все будет хорошо. Терпение — вот что поможет быть счастливыми в конце.

Я уткнулась в живот Елены и крепко обняла ее за талию. А она поглаживала меня по голове и молчаливо утешала, просто своим присутствием и теплом, несмотря на то, что ей самой довольно тяжело не видеть сына долгое время. Елена тоже переживает за Андрея и жизненный опыт, говорящий о том, что она всю жизнь отдала военному, ей не помогает обрести покой. К такому образу жизни не привыкают.

Я отстранилась от женщины и подняла взгляд, осторожно спросив: