Книга Развод. Последний шанс вернуть жену, страница 10 – Дари Дэй

— На стенде. На детях… На детях ещё нет.

— Тогда мы не можем просто подключить её к новорождённому. Вы же понимаете…

— А что будет, если ничего не делать?! Вы же… Вы же убьёте её. Я прошу…

Врач сомневалась долго. А потом коротко кивнула.

И этого было достаточно.

— Это номер телефона. Марина. Скажите, пусть привезёт «Кокон» и мой ноутбук.

— Ирина, вы должны понимать…

— Нет! Это вы должны понимать: это моя дочь! И это её единственный шанс! Я знаю процент выживаемости младенцев с такими показателями! И она… У нас нет другого выхода.

Через двадцать минут Марина вбежала с ноутбуком под мышкой. Следом везли прозрачный кювез.

— Лидия Борисовна сказала, что всех нас уволит, — тяжело дыша, сообщила она.

— Пусть. Включай.

Марина поставила ноутбук на край стола. Пальцы задрожали над клавиатурой.

— Ира, я боюсь.

— Я тоже. Но за Катюшку я боюсь больше.

Коллегия врачей внимательно наблюдала за нашими действиями.

Мою дочь осторожно переложили в «КОКОН-1» и подключили датчики. На экране появилась тонкая зелёная линия.

— Запускаю? — спросила Марина.

Я посмотрела на дочь. Помедлила ещё пару секунд. И решительно кивнула напарнице.

— Запускай.

Ничего не менялось.

Кислорода становилось всё меньше.

— Семьдесят восемь, — произнесла медсестра, напряжённо вглядываясь в экран монитора. — Семьдесят шесть…

— Почему не работает? — Врач повернулась ко мне.

— Подождите. Нужно несколько секунд.

— У нас нет нескольких секунд!

Я вцепилась пальцами в белый пластик корпуса «КОКОНА».

— Давай, Катюшка, ещё чуть-чуть потерпи… — прошептала. — Пожалуйста. Мама всё рассчитала. Совсем чуть-чуть потерпи, моя девочка…

На экране изменилась подача кислорода. Зелёная линия дрогнула.

— Семьдесят девять, — сказала медсестра. — Восемьдесят четыре… восемьдесят девять…

Никто больше не разговаривал. Все потрясённо молчали.

— Девяносто три.

Сигнал аппарата стал ровным.

Я боялась в это поверить.

— Это значит… — шёпотом произнесла Марина, моргая от выступающих слёз.

Врач посмотрела сначала на Катюшку, потом на меня.

— Это значит, Ирина Александровна, что ваша система работает.

ИРА

ТРИ ГОДА СПУСТЯ

— Мамочка, а можно я сегодня не пойду в садик и буду твоей помощницей?

Катюшка сидела передо мной в одной пижаме с дракончиками и болтала ногами. Я пыталась собрать её тонкие светлые волосы в два одинаковых хвостика, но дочь всё время крутила головой в разные стороны.

— А что ты будешь делать у меня на работе?

— Нажимать на кнопки.

— Там нельзя нажимать на все кнопки подряд.

— Тогда я буду строго следить за всеми и говорить им, какие кнопки нельзя нажимать!

Я рассмеялась и поцеловала дочь в макушку.

— Очень важная работа. Но сегодня тебя ждут в садике.

— А вечером ты сама за мной придёшь?

Катюшка повернулась, посмотрев на меня.

Каждый раз, когда она так смотрела, сердце на секунду замирало. Взгляд… Взгляд в точности как у её отца.

— Сама, — пообещала я дочери. — И даже не буду бесконечно разговаривать по телефону.

— Вообще не будешь? — удивилась дочь.

— Вообще.

— Даже если тебе позвонит министр?

— Даже если он будет очень просить меня взять трубку.

Катюшка довольно улыбнулась. Про министра она услышала вчера, когда я почти весь вечер разговаривала по телефону. Государство выделило нашей компании большой грант, и теперь новость обсуждали во всех деловых изданиях.