Книга Босс, ваше алиби – я, страница 83 – Алекс Скай

— Не зарекайтесь. Вдруг преступник окажется владельцем красивой двери.

Он рассмеялся.

— Теперь вы.

— Что я?

— Что делаете, когда никто ничего не хочет от вас?

Артём отложил вилку.

— Такое бывает?

— Плохой ответ.

— Честный.

— У вас огромная квартира. Можете просто выключить телефон.

— Могу.

— И?

Он задумался.

— Иногда езжу один.

— Куда?

— Куда получится.

— Это вы сейчас копируете мой ответ про прогулки.

— У меня хотя бы машина.

— Самомнение.

— Вы спросили.

— Что ещё?

— Разбираю старые карты.

Я вспомнила раскрытую схему на подоконнике.

— Какие карты?

— Дорожные. Старые маршруты. Иногда сравниваю, как всё изменилось.

— Почему?

Он пожал плечами.

— Не знаю. Когда мы начинали, я знал почти каждый маршрут, который использовала компания. Потом бизнес стал слишком большим. Сейчас есть города, где работают наши люди, а я никогда там не был.

— И вам это не нравится.

— Мне не нравится не понимать то, за что отвечаю.

— Вот теперь узнаю вас.

— А вы ожидали тайное увлечение вышивкой?

— Это было бы прекрасно.

— Разочарую.

— Я переживу.

Мы замолчали. Не неловко. Просто сидели на кухне среди коробок, и впервые за всё время никто никуда не торопился. Мне стало интересно, как часто Артём вообще ест здесь один. Спросить я не успела.

— А почему вы одна? — сказал он.

Я подняла бровь.

— Осторожнее.

— Что?

— Десять минут без расследования не означают десять минут допроса моей личной жизни.

— Тогда можете не отвечать.

Это было сказано без давления. Я могла действительно не отвечать. Наверное, поэтому ответила.

— Потому что мне так нормально.

— И всё?

— Вы разочарованы отсутствием большой трагической истории?

— Нет.

— Тогда всё.

Он кивнул. Не стал вытягивать продолжение. Не попытался превратить мой ответ в приглашение. И я снова отметила то, что уже несколько раз мешало мне держать его в удобной категории «властный руководитель»: Артём очень любил контролировать работу, но когда понимал, что граница личная, способен был остановиться. Не всегда. Но всё чаще.

— А вы? — спросила я.

— Что я?

— Почему один?

— Потому что мне так нормально.

Я перевела взгляд на него.

— Украли ответ.

— Он хороший.

— И всё?

— Вы разочарованы отсутствием большой трагической истории?

— Ненавижу вас.

— Нет.

Я рассмеялась. Он тоже. Именно в этот момент я поняла, что эти десять минут были опаснее всего предыдущего вечера. Не поцелуи. Не близость в лифте. Не его рука на моей талии. Опасным оказалось сидеть напротив Артёма на обычной кухне и обнаруживать, что нам хорошо без конфликта, должностей и необходимости что-то друг другу доказывать. Я первой посмотрела на часы.

— Десять минут закончились.

— Прошло семнадцать.

— Вы считали?

— Теперь вы разочарованы?

Я узнала собственную реплику из лифта и покачала головой.

— Работать.

— Вот теперь точно жалею, что привёз вас домой.

— Ложь.

— Почему?

— Вы слишком довольны.

К полуночи на стене кабинета появился настоящий бумажный маршрут схемы. Я настояла на бумаге. Артём сначала пытался объяснить, что существуют электронные таблицы, потом сдался и прикреплял листы туда, куда я показывала.

— Напомните, кто здесь генеральный директор? — спросил он.

— Сейчас никто.

— Жестоко.

— Зато честно.

Слева находилась старая история. «Меридиан». «Альта Консалт». Михаил. Олег. Посередине — переход к нынешней компании. Потом появление новых подрядчиков. Ниже — найм Олега восемь лет назад. Ещё ниже — мой найм. Павел. Сто восемьдесят семь миллионов. И самый правый лист — ночь в лифте. Я восстановила события почти по минутам. 20:28 — мой настоящий пропуск фиксирует служебную дверь возле тридцатого этажа. 20:39 — Павел пишет Артёму: «Нужно поговорить. Срочно. Только лично».