Книга В пятьдесят первая любовь вернулась врагом, страница 22 – Андрей Левинский

Дома Елена ещё разговаривала с участковым возле сарая. Алексей собирал измерительные инструменты у калитки.

— Всё нормально? — спросил он.

— Нет. Но мы доехали.

Он посмотрел на Дашу и убрал рулетку в сумку.

— Я закончу здесь и уеду.

— Спасибо.

Хорошо, что он не стал расспрашивать при Даше. Я и сама едва держалась.

На кухне Оксана поставила перед нами тарелки с супом. Даша взяла ложку, но так и держала её над столом.

Полина сидела у окна с книгой. Она смотрела на мать поверх страницы.

— Вы с папой поругались?

Даша положила ложку.

— Да.

— Сильно?

— Поля, мы разберёмся. Вы с Семёном пока побудете здесь, хорошо?

— Он говорил, что вечером нас заберёт.

— Я ему позвоню.

Девочка погладила угол книги.

— А если он придёт раньше?

— Тогда я сама с ним поговорю, — сказала Даша. — Тебе ничего объяснять не надо.

Полина кивнула, но с места не встала.

Я предложила ей отнести Семёну яблоко. Она взяла два, проверила, нет ли на них пятен, и пошла наверх. Я попросила Оксану побыть с детьми, когда приедет Кирилл. Она убрала со стола свою чашку.

Вскоре у дома остановилась чёрная машина — похожая на ту, в которую Кирилл сел накануне. Он вышел с заднего сиденья и достал с пола папку.

— Это не твоя? — спросила я с крыльца.

— Нет, я его иногда вызываю. У него багажник большой, аппаратура помещается.

— Я думала, ты купил.

— Мам, на какие шиши?

Я посмотрела на папку.

Кирилл проследил за моим взглядом и перестал улыбаться.

— Нет. Вот только этого не надо.

— Заходи.

На кухне он разложил ноутбук, телефон, бумаги. Даша убрала тарелки и села рядом со мной. Елена пришла через несколько минут.

Кирилл оглядел нас.

— Прямо допрос.

— Я бы тоже с удовольствием просто попила с тобой чай, — сказала я. — Объясни про деньги.

Он потёр лоб.

— Папа попросил заказать материалы. Для северного крыла.

— Через твой счёт?

— Да.

— Зачем?

— Я снимал рекламу для поставщика. Меня там знали, дали хорошую скидку. Папа сказал, на фирму сейчас неудобно проводить.

— Почему неудобно?

— Требования на счетах. Долги. Он не хотел, чтобы деньги списали раньше, чем мы купим.

Елена записала несколько слов.

— Это он вам так объяснил?

— Да. Я сам не проверял.

Сын отвечал Елене. В мою сторону не смотрел.

— Кирилл, посмотри на меня.

Он поднял глаза.

— Ты понимал, что помогаешь ему обходить долги?

— Я понимал, что покупаю двери и плитку. Мам, он же не сказал: давай спрячем деньги. Сказал, надо ремонт заканчивать. У Полины опять стена отсырела, ты ругалась.

Я помнила. Я ещё просила сделать всё до летнего заезда, чтобы потом не переселять постояльцев.

— Заказ на сколько?

Он вынул счёт.

— Миллион девятьсот две тысячи.

Я вычла из суммы счёта перевод с Дашиной фирмы. Проверила ещё раз.

— Сорок две…

Кирилл молчал.

— Те, которые ты у меня занял?

— Да.

— На студию.

Он опустил глаза.

— Да, я сказал, что на студию.

— Ты мне врал.

— Папа просил пока не говорить. Обещал всё вернуть.

— Но занимал-то ты.

— Я знаю.

Даша отодвинула от себя чашку.

— А я думала, тебе правда аренду платить нечем.

— Даш, не начинай.

— Я ещё Антону сказала: помоги ему с работой.

— Я не хотел, чтобы вы…

Он замолчал.

Вспомнилось, как Кирилл стоял вот здесь, у раковины, и рассказывал про помещение с большими окнами. Сказал, что там свет хороший, можно без дорогих ламп снимать. Я тогда обрадовалась: наконец-то у сына будет своё дело, место, куда он по утрам ездит.