Книга В пятьдесят первая любовь вернулась врагом, страница 23 – Андрей Левинский

Я ещё предлагала сшить ему плотные шторы. Он сказал: потом, мам, сначала с арендой разберусь.

— Мам, — сказал он, — ну не смотри так.

— А как мне смотреть?

Он сел.

— Дураком был. Думал, купим, папа отдаст, и всё.

— Мне почему не сказал потом?

— Сначала он заболел. Потом… Ты же помнишь, как было.

— Помню.

Я помнила, как сын после похорон ночевал на диване и просыпался, стоило мне пройти по коридору. Тогда он боялся оставлять меня одну. А рассказать про деньги так и не решился. Я помнила, как благодарна была ему за те ночи, и не знала теперь, что сказать.

Елена подождала, затем спросила:

— Вы поставщику всю сумму перевели?

— Всю. У меня платёжка есть.

— Покажите её и выписку по счёту за эти дни. Нам важно видеть сам перевод, а не только выставленный счёт.

Кирилл начал искать в ноутбуке.

— Пароль забыл, что ли, — пробормотал он.

Никто не ответил. Он ввёл ещё раз, открыл папку.

Я подождала, пока он повернёт к Елене экран.

— С долгом что будем делать?

— Я верну, мам.

— Когда?

— После оплаты за ролик.

— Ты так и весной говорил.

Он посмотрел на меня, потом взял телефон.

— Сейчас шестнадцать могу. Остальное за два месяца.

— Договорились. Только даты напиши, чтобы я больше за тобой не ходила.

Деньги пришли через минуту.

Я смотрела на уведомление о переводе. Шестнадцать тысяч пришли. Кирилл ждал, что я скажу, а я боялась открыть рот.

Я подвинула ему чашку.

— Чай будешь?

— Буду.

Он обхватил её ладонями. Чай уже остыл.

Кирилл показал платёж поставщику. Елена попросила вечером принести полную выписку, а сейчас стала разбирать накладные.

Доставок было три. Две — в наш дом. Третья — на Заводскую, восемь, склад три.

— Почему туда? — спросила я.

— Папа сказал, у нас негде сложить.

— В пустом северном крыле?

— Там штукатурили. Я не вникал, мам.

— Кто принимал?

Кирилл перевернул последний лист.

Даша наклонилась ближе.

— Антон?

— Да.

Рядом с его фамилией стояла подпись.

Я стала читать перечень: двери, светильники, сантехника, плитка. Четыреста восемьдесят две тысячи рублей.

— Это нам потом привезли?

— Я не знаю.

— Ты не спрашивал?

— Спрашивал. Антон сказал, с поставкой всё закрыто. Я решил, довезли.

Я провела пальцем по строке со светильниками. Осенью, уже после похорон, я сама покупала четыре штуки для северного коридора. Старые мигали, постояльцы жаловались. Виктор обещал новые ещё летом.

Получалось, он их всё-таки купил. Только до нашего коридора они не доехали.

— И когда принесли иск, ты даже не вспомнил про эту поставку? — спросила Даша.

Кирилл потёр шею.

— Вспомнил.

Она откинулась на спинку стула.

— Ну прекрасно.

— Я не знал, откуда были деньги. Папа переводил, не какие-то вкладчики.

— Со счёта моей фирмы.

— Да видел я, откуда перевод! Я про то, чьи они были до этого!

— Не кричи, — сказала я.

Кирилл закрыл рот. Несколько секунд было слышно, как на веранде постояльцы двигают стулья.

— А про семнадцать человек откуда ты знал? — спросила Даша тише. — Ты на меня тогда так посмотрел.

— После похорон у папы на компьютере таблицу видел. Искал документы на машину. Антон зашёл, закрыл файл. Сказал, старые обязательства, сам разберётся.

— Ты ему поверил?

— Да. Он в этом работал, я нет.

— А меня хоть спросить можно было?

Кирилл посмотрел на сестру.

— Я думал, ты знаешь.