Книга Сага о Вечных, страница 92 – Лизавета Мягчило

И он промолчал. Трусливо поджал хвост, поворачиваясь спиной, делая шаг лишь тогда, когда отражение сына в глади моста поднялось и выровняло спину.

Что он мог сказать? Как объяснить все, в чем он горел?

Локи уверенно и быстро шагал вперед, пока Ульв прожигал его спину растерянным взглядом. Здесь, на мосту, он только что вновь обрел утраченного отца. Заполнились все дыры в памяти и пустота в груди. Но вместе с воспоминаниями вернулась боль – густая и черная, словно деготь. Как должен был он теперь относиться к родной крови, единожды так больно предавшей, а затем спасающей жизнь раз за разом? И не только жизнь Ульва. Сейчас он видел болтающуюся у бедра Локи кисть бессознательной Вигдис.

Жива, великие асы и ваны, она жива, он успел шагнуть на мост до последнего удара ее сердца. Это облегчение делало ноги мягкими. Белая пелена перед глазами не позволяла увидеть, как раскинулись перед ними ярко-зеленые сияющие холмы, насколько пронзительным оказались небеса и величественными Залы Богов. Они не громоздились, не давили, тянулись крышами к небу, словно продолжение гор и холмов. Стены их переливались и мерцали, словно созданы были не из камня, а из света и тени. Ступая по ровной широкой тропе, Ульв нагнал Локи, пошел бок о бок. И когда бог коварства поймал скошенный на него взгляд, он мягко завел разговор:

— Обойдем залы и чертог Одина, сейчас нам нужно быстрее добраться до садов. Поздороваемся позже.

— Садов? – Ульв споткнулся на ровном месте, зацепившись ногой за ногу. Вовремя выровнялся, не падая в глазах божества ниже, чем уже оказался. Тот словно не заметил. Согласно кивнул, удобнее перехватывая Вигдис. – Я могу понести ее сам…

— Мы спешим, Ульв, с такой простой задачей я справлюсь. – В воздухе словно повисло ироничное «поверь мне», но оба были слишком измотаны, чтобы начать грызться. Локи был прав, они торопились. – Ты не знаешь о ее происхождении? Ни разу не пытался заглянуть?

— Она дочь двух воинов, а прошлое мне не открыто. Никогда не было, я ведь не стал…

— И не должен был. – Бог оборвал его слишком резко, на скулах появились желваки. Живое пламя, суть огня. Теперь Ульв понимал, отчего его считали огненным богом. Локи загорался жадно, резкой вспышкой. И так же резко погасал. – Ты по праву способен заглядывать в людские жизни, для этого не нужно запираться в пещерах и лишаться собственного взора. Ты не слепой глас богов. Ты мое продолжение.

Какое-то время они шли молча. Ульв – нервно осматриваясь по сторонам, будто не веря, что они доберутся до садов так просто, Локи – легко и невозмутимо. Он шагал по родному миру, который от сияющих камней до пушистых густых облаков принадлежал ему. Был его домом.

Когда Ульв хотел повторить вопрос о том, почему же именно сады, Локи ответил:

— Когда вечная жизнь становится в тягость, мы спускаемся в людской мир, тебе ли не знать. Смотрим, ощущаем, путешествуем… И многие из нас допускают ошибки, которые просто так с рук не сойдут. – Заметив, что Ульв поджал губы и нахмурился, бог лжи и коварства не позволил себя перебить. – Никогда ты моею ошибкой не был, и по своей воле я тебя не покидал. Когда-нибудь я все объясню тебе, но сейчас я веду не к тому… Кто-то делит ложе с людьми из интереса, а кто-то отдает им свое сердце. Когда-то и Идунн допустила ошибку. Богиня влюбилась. И спасла сестру возлюбленного, пока в чреве той расцветала новая жизнь.