Книга Его (с)нежная девочка, страница 78 – Алекс Коваль, Анна Мишина

Торопливо перебирая ногами, я позволила себе всего разок оглянуться и поняла, что, похоже, попала и пора переходить на бег. Потому что именно в этот момент мужчина, будто почувствовав на себе чужой взгляд, стал крутить головой, осматриваться по сторонам, словно ища кого-то.

Я ускоряю шаг, накидывая на ходу капюшон, и как мне кажется, мне удается слиться с толпой, когда слышу за спиной:

— Ева!

Бежи-и-им! – вопит мозг.

Стоять! – приказывает сердце.

А ногам-то что делать, блин?!

— Снежинка! – меня окрикивают снова, и, судя по тому, как отчетливо я слышу мужской рык, Дамир меня догоняет. – Ева, подожди!

Один мой шаг.

Один удар сердца.

И-и-и меня уверенной стальной хваткой хватают под локоть, разворачивая к себе лицом прямо на ходу. Блин! Только бы он подумала, что мои щеки красные с мороза, а не от стыда и смущения.

— Ева? Куда ж ты так ломанулась? – спрашивает Дамир, и мне приходится задрать голову вверх, встречаясь с обжигающими непониманием темными глазами мужчины.

— Ой, это вы? – ну, а что? Почему бы и не включить дурочку? – Я… эм, думала, это не меня, – натягиваю робкую улыбку и высвобождаю руку из его крепкого захвата.

— Ты видишь тут еще снежинку? – взмывает вверх бровь мужчины синхронно с уголком тех самых чувственных губ. А его пальцы осторожно подцепляют мой капюшон, норовящий все время съехать на глаза, и скидывают с шапки.

— Нет. Кажется.

— Что ты тут делаешь?

— Да я тут просто... гуляю. Гуляла, – пожимаю плечами и оглядываюсь вокруг, надеясь встретить хоть кого-нибудь из знакомых, может, тогда мне удастся отделаться от компании Дамира.

Но как назло никого нет. Закон подлости работает исправно.

— Одна гуляешь? – осматривается по сторонам мужчина.

— Угу. А вы?

— Катаюсь. Вот решил вспомнить молодость, – усмехается. – А ты стоишь на лыжах или борде? Каталась когда-нибудь?

— Я? – удивленно вскидываю на него взгляд. Он серьезно? – нет, что вы, даже и близко не подойду. Страшно же. Где я, а где эти высоченные горы и скользкий снег.

— Ладно, по ходу разберемся, – говорит он, придерживая одной рукой лыжи, а второй обхватывая меня за талию так собственнически, что у меня, кажется, дар речи пропал. – У тебя планы на сегодня есть?

— Н… нет.

— Тогда я бы выпил кофейку. И желательно в приятной компании. Пойдем?

Я немного замялась и растерялась. Особенно сильно думать связно мешала горячая ладонь Дамира на моей спине, тяжесть которой я ощущала даже через кофту и куртку.

— Вы знаете, – начала бубнить неуверенно, – нам вообще-то при приеме на работу говорили, чтобы мы даже и не смотрели в сторону постояльцев, – кое-как пытаюсь собрать гуляющие слова в связное предложение. – Если вдруг кто-то из руководства увидит меня и… и вас, то… В общем, неправильно это вот все! – пожимаю плечами, сдаваясь под его насмешливым взглядом, в котором черти водят хороводы. – Вот вам все смешно, а меня с работы могут выгнать  и жалобу в универ написать.

— Никто тебя не уволит, снежинка. И кляузы в универ твой катать тоже не станут, насчет этого можешь даже не переживать.

— Откуда такая уверенность?

— Считай, я твоя фея крестная.

— Фея крестная была женщиной.

— Значит, фей, – парирует тут же Дамир, легонько подталкивая рукой за собой.

— У вас нет волшебной палочки.

— Что? – в первое мгновение опешил мужчина, а потом медленно по его лицу поползла хитрая улыбка. – Ну, почему же нет? Есть… Ева, – говорит мужчина загадочно. И только тут до меня доходит, что я только что ляпнула. Глаза против воли поползли вниз по телу мужчины в черном горнолыжном костюме, а мозг услужливо подкинул картинку той самой “палочки”, представшей в первый день во всей своей “красе”.