Книга Семь Древ Янтандера, страница 105 – Роман Прокофьев

— Не тебе решать!

— Все верно, решать тебе, хранительница, — осколок Единого неожиданно согласился, лишив ее ярость опоры. — Но не между верностью и предательством. Такого выбора больше нет.

— Он есть всегда!

— Нет. Тебе предстоит выбрать между верностью заветам и верностью своему роду. Сохранить обе ты не сможешь.

— Демон говорит со мной про верность! — ее лицо вновь стало жестким. — Мне известно, кто ты! Мне ведомо, что творила Тысяча!

— Поэтому слушай особенно внимательно, — в его голосе впервые появился металл. — Ты можешь исполнить завет, и я не буду препятствовать в этом. Ты можешь вернуться в свой Замок, затворить врата, приготовить Руны и ждать.

Он поднял один палец.

— А потом придет небо. Ты его видела. Один из Тысячи — тот, кого ваши предки назвали последним затвором, а Тысяча — Предателем. Ты знаешь, что он сделает. Убьет тебя. Убьет всех, кто попытается его остановить. Разрушит Замок. Заберет Первый Ключ или обойдется без него. Отворит Курган и казнит того, кто в нем спит.

Илиана молчала.

— Ты сама все видела и слышала, хранительница, — продолжал Пламени Подобный. — Такой же выбор и такая же судьба ждет все Курганы.

— Все Курганы? — переспросила Илиана. — А кель-рода?

— Те, кто сохранит верность заветам и встанет у него на пути, — будут уничтожены. Если не будут мешать — возможно, кто-то уцелеет.

— Возможно⁈

— Ты хотела правды.

— Тогда в чем твой выбор, демон? — хрипло спросила Илиана.

— Есть другая дорога. Мы приходим раньше. Ты отворяешь Первым Ключом Курган Саар, и та, что спит под ним, пробуждается до его прихода. И тогда — слушай внимательно, хранительница, это важно — тогда твой род и твой Замок перестают быть целью. Предателю не нужны ваши стены и ваши жизни. Ему нужны только Братья.

— Он казнил хранителей родов Роан и Варрен, сжег Медные Башни… а мой Замок, значит, пощадит? С чего бы это?

— Ему нужны были Первые Ключи и моя смерть. Но он не безумен и не мстителен. Не охотится за Славой и Монетами. Каждый удар неба имеет цену. Кровь. Руны. Время. Время сейчас — дороже всего. Если он придет к Саар и обнаружит пустой Курган, зачем ему тратить его на Замок, который больше ничего не хранит?

— Чтобы наказать нас.

— За что?

— За предательство заветов. За предательство Вечности…

— Но тех, кто верен заветам, он уничтожит за то, что они встанут у него на пути, — мягко улыбнулся Пламени Подобный. — А Вечность… Ему плевать на Вечность. Предатель считает, что спасает Единство.

— Избавляя его от Тысячи Братьев, — пробормотала Илиана. — Что ж, это безумие я могу понять…

— Полезно понимать чужое безумие, — согласился Пламени Подобный. — Я его тоже знаю. Предатель не станет жечь Замок Саар ради удовольствия. Перед ним — шесть Курганов, и, пока он ломает один, я могу отворить другой.

Илиана наконец поняла.

— Ты хочешь заставить его выбирать.

— Да, — ответил Пламени Подобный. — Это единственный путь.

Наступила тишина. Илиана смотрела сквозь него — она уже считала. Хранительница с молоком матери впитала ненависть к Тысяче Братьев, но не была слепым фанатиком. Она слышала предков. Она любила свой род, своих детей и даже — своего мертвого мужа, чей дух сейчас сидел в Кувшине Морвейн. И совершенно не хотела, чтобы все, чем она дорожила, — умерло из-за ее выбора.