Книга Семь Древ Янтандера, страница 71 – Роман Прокофьев

Остальные Руны Развития он отдал Навыкам ветки Энергии, ибо вкладывал в них непростительно мало. Требовалось еще и еще — звезд не бывает много, но три Универсальных серебра осколок Единого приберег, они могли понадобиться в решающий момент…

Помимо Рун, Заклинательница дала ему двести Звездных Монет — вкупе со взятым у караванщиков теперь он имел почти пять сотен — количество, которое обычный Восходящий не соберет за всю жизнь. Да и потратить — тоже не хватит Славы.

Если не знать путь в лавку, открытую в любое время.

Пламени Подобный усмехнулся — уголком губ, совсем не весело, и вытащил из Скрижали еще одну Руну.

Звездная Кровь послушно собралась в знакомый силуэт. Коричневый плащ, услужливый поклон, и вечная, неистребимая тень насмешки, просвечивающая сквозь раболепие.

— Чем могу служить, мой господин?

— Звездная Кровь, — сказал Пламени Подобный, — На триста Звездных Монет. И золотое Развитие — на сдачу.

— Как пожелает мой господин, — ответил Бродячий Торговец, — Компания найдет требуемое, но должен предупредить — цена на Кровь будет высокой. Звездная Кровь нынче дорожает…

— Неужели.

— Спрос, мой господин. Все будто готовятся к чему-то.

— Твой аванс, — Пламени Подобный отправил ему сияющую Монету, — И передай своему хозяину, что мы оба знаем, на какую чашу он поставил.

Несколько мгновений Торговец молчал — на один удар сердца дольше, чем положено. Затем снова склонился в поклоне:

— Все будет взвешено честно, мой господин.

И распался звездной пылью.

Что ж, вызов был сделан — и записан. Где-то в сиянии Небесного Трона кое-кто уже знал новую тайну — Круг Янтандера, Замок рода Талас, заказ такого количества Звездной Крови, что велико даже для золота.

Пускай. Подлейший из Хранителей сам привез в этот Круг семя Прорыва — его груз, его пайзца, его страж-слово, и это его сад сейчас цвел под Аран-Майр. Фигуры занимали свои места, набирали звезды атаки и защиты и готовились сделать ход. Но даже у удавки, которой игрок держит фигуру, есть второй конец, и Один из Тысячи собирался за него дернуть.

Пламени Подобный вновь открыл свой рунный круг, тот потайной слой, что скрывало Ложное Дно. Там ждала та Руна, ради которой и затевался весь пересчет.

Небесный глиф Анор сверкнул холодным огнем, пока недоступный.

Да.

Как всегда.

В конечном счете важна только Звездная Кровь.

Чуть позже осколок Единого нес стражу в покоях хранительницы, а та — говорила с членами рода, что тянулись нескончаемой чередой. Много слов, дел и новых заветов, но особенным был последний — с самой юной звездой из созвездия Морвейн.

Морри.

Юная Восходящая пришла без зова, дерзкая девчонка — прямая, как струна, с пожелтевшим синяком на запястье и кругами под серыми глазами Аммос. Она походила на Морвейн — как юная дочь или младшая сестра, но одновременно казалась совсем иной, и Заклинательница устало улыбалась, глядя на свое продолжение.

То была странная беседа — в зале, что помнил Эльвейн, нес отпечаток ее привычек — в кубках на столе, брошенном на подставку церемониальном хэлио, раскрытом свитке — будто хранительница вышла ненадолго и вот-вот вернется. И говорили они сперва — о ней…

— Она учила меня письму Народа Кел и Мыслеформам. Каждый третий день, после утренней стражи. Она была… она никогда не улыбалась. Все говорили — камень, а не хранительница. Когда я путала знаки, она писала мою ошибку рядом, крупно — «смотри, как выглядит твоя глупость со стороны…». Я смеялась, а она нет. И она никогда меня не обнимала. Но приходила каждый третий день… А потом… ты ее убила.