Книга Из глубин, страница 155 – Вера Камша

— Монсеньору что-нибудь угодно?

— Поставь вино на стол и можешь идти.

— Как угодно монсеньору.

Полночь. Завтра утром нужно быть на Совете Меча. Альдо увидит, что Повелитель Скал, в отличие от Повелителя Волн, здоров. Ричард отхлебнул «Черной крови», после настоянного на меду и травах напитка вино казалось кисловатым. Чтобы не щеголять кругами под глазами, следует выспаться, однако ложиться юноша не спешил. Сны редко возвращаются, но иногда это случается. Увидеть падающий под копыта Соны однорукий обрубок вновь не хотелось.

— Ты становишься все серьезней, – голос был забытым, но знакомым. Ричард вздрогнул и открыл глаза. Надо же, он все-таки задремал.

— Между прочим, здравствуй, – Паоло с бокалом в руке развалился в кресле напротив. На кэналлийце было платье для верховой езды, в вырезе рубашки светилась алым эспера. Странно, Дикон всегда считал товарища безбожником.

— Прости, задремал, – затряс головой Ричард. – Ты здесь? Как? Откуда?

— А где же мне быть? – удивился приятель. – Ночевать на улице – это слишком.

— Куда ты девался? – нужно выгадать время и понять, чего хочет Паоло. Когда-то они были почти друзьями, но родич Ворона – это родич Ворона. – Мы чего только о тебе не передумали.

— Я был в Агарисе, – равнодушно сообщил кэналлиец, – у нас с отцом Германом там дела. Много дел.

— Я рад, что ты зашел, – промямлил Ричард, сам не понимая, врет или нет. – Когда ты вернулся?

— Летом, – Паоло с любопытством оглядел кабинет, и Дику стало неуютно. Если приятель бывал здесь и раньше, то спросит про портреты. И про кабаньи головы. Конечно, воля Альдо – закон, но только не для кэналлийцев.

— Не знал, что ты эсператист. – Если не хочешь расспросов, спрашивай сам.

— А я эсператист? – удивился Паоло. – Никогда бы не подумал.

— Ну, ты же носишь эсперу…

— Это подарок, – смуглые пальцы коснулась алой звезды. – Ты ведь любишь подарки?

На что он намекает? На Сону? На особняк? На дружбу Альдо? Ссоры Ричард не хотел, но если Паоло – враг Раканов, она неизбежна.

— Прекрасное кольцо, – одобрил Паоло, отхлебнув вина. – Красные камни, золотая молния… тонкая работа. Предвещает победу. Только вот чью?

— Кольцо? – переспросил Ричард, глупейшим образом уставившись на свои руки. – Какое?

— Оно осталось у лекаря, – уточнил бывший однокорытник, – оно было ему нужно.

— Ты о чем? – Дик внимательно вгляделся в полузабытое лицо, оно было спокойным, как у Придда.

— Смотри, – длиннопалая рука скользнула вверх, указывая на портреты. – Твой предок тебя не понял. Он не любил отравителей.

Кольцо с молнией… Отравитель… Паоло знает, только от кого? От Ворона или от Робера?

Нужно было что-то говорить, а потом скорее всего драться, но не левой же! Выгадывая время, юноша перевел взгляд на картины. С правого полотна смотрела серая собака, Алана Святого на нем больше не было. Портрет отца тоже изменился: герцог Окделл стоял на груде выпиравших из багровой жижи трупов, в руке Повелителя Скал был фамильный кинжал, нога в забрызганном сапоге упиралась в тело Эпинэ.

— Что это?! – выдохнул Дик. – Кто это повесил?!

Ричард рванул звонок и не рассчитал силы. Оборванный шнурок упал на пол, Паоло его подхватил грациозным жестом танцора.

— Не следует бояться того, что уже произошло, но ты спрашивал, почему я не зашел раньше. Потому, что раньше ты был жив.