Книга Из глубин, страница 169 – Вера Камша

2

— Прикрывший сюзерена своим телом уходит в Рассвет, – Альдо хлопнул Иноходца по плечу, – и это относится не только к войне, но и к женитьбе.

— Судя по моей нареченной, – пошутил свежеиспеченный жених, – в семье Окделлов одно от другого мало отличается.

— Значит, все в порядке, – сюзерен отдернул портьеру, впустив в гостиную холодное солнце. – Пожалуй, я изменю свой герб. Зверь, само собой, останется, но он будет помещен в скрещенье солнечных лучей.

Его величество готовился осчастливить весь мир. Не сейчас, но после того, как обретет силу Раканов. Робер столкнулся с сияющим взором и отвел глаза. Альдо истолковал это по-своему.

— Тебе бы пора уже привыкнуть к успехам, – укорил он. – Забудь все эти Ренквахи и Сагранны, не было этого. Не было, и все! Орден тебе, что ли, дать? За мое спасение?

— Да не спасал я тебя, сколько раз объяснять? – поспешил увести разговор подальше от гайифских намеков Робер. – Жозина хотела, чтобы я женился, а тут все совпало. Ты мне кузину нашел, а она об Айрис переживала… что девочка и с матерью в ссоре, и с братом, ну я и подумал…

— И у тебя получилось. О!.. Хочешь, я тебя экстерриором сделаю? А что? Маршал-экстерриор – это звучит! Если ты гайифского посла поверг в прах, остальных и подавно оседлаешь.

— Маршалов-экстерриоров не бывает, – поддержал разговор Иноходец. Странное дело, доверившись Айрис и Реджинальду, он почти успокоился: дело было сделано, оставалось ждать вестей от Савиньяка, не давать Айнсмеллеру особо разгуляться и время от времени захаживать к Капуль-Гизайлям. Дескать, перед свадьбой не грех и пошалить.

— Мне виднее, что бывает, а что нет… – хмыкнул сюзерен, барабаня пальцами по стеклу. – Тебе придется навестить посла Фомы. Он болеет.

— Ну и на здоровье, – посочувствовал незнакомому урготу Иноходец, – поправится – поговорим.

— Нет, пожалуй, ты все-таки маршал, – выпятил губу будущий повелитель Золотых Земель, – просветления у тебя случаются, не спорю, но ты слишком много думаешь о фураже и фок Варзов.

— Должен же о них кто-то думать. – Экстерриор, как же… Экстерриоры мутят чужую воду, а не свою. – Ты все еще собираешься купать горожан в вине?

— Ну и жадина же ты, – Альдо повернулся спиной к замерзшему садику, – ладно, твоя взяла. Угощать своих подданных я буду, но не в день коронации, а на следующее утро. И не по всему городу, а там, где за ними можно приглядеть. Будет что не так, виновным головы оторву. Доволен?

— О да, ваше величество, – рявкнул Эпинэ нарочито капральским голосом, рассмешив сюзерена и даже себя. – Ты что-то говорил об Урготе.

— Я намерен просить руки одной из дочерей Фомы, – лицо Альдо вновь стало серьезным и сосредоточенным, – и начинать переговоры нужно немедленно, потому что меч Раканов у Фомы.

— Закатные твари! – ругнулся Иноходец, в очередной раз позабывший о проклятой железяке. – Откуда ты знаешь?

— Больше ему быть негде. Неужели ты не понимаешь?

— Нет, объясни.

— Алва явился на мистерию в честь дня рождения Елены Урготской в костюме эория и с мечом Раканов. – Сюзерен был от себя и своей догадливости в полном восторге. – Когда Ворона взяли, реликвии при нем не было, значит, он оставил меч в надежном месте. Где? В Кэналлоа и прочие бергмарки он не заезжал, а Фома – его союзник. Значит, меч в Урготелле. Воспользоваться им Алва не может, он не Ракан, но и выпускать из рук такое сокровище не станет.