Книга Из глубин, страница 170 – Вера Камша

Теперь ты понял, что сделал, вытащив меня из надорской петли? Дочь Фомы принесет нам не только золото, но и меч, а жезл у меня будет не далее как через четыре дня.

— Юний согласился расстаться с подарком Эрнани Святого?! – Робер едва не свалился. – Не может быть!

— Может, – лицо Альдо стало мечтательным, – хоть и не до конца. Жезл передан кардиналу Талигойи на время, но останется в Ракане навсегда, только это тайна.

— Разумеется, – подтвердил Иноходец. – Мы уже обманули гоганов, теперь собираемся обокрасть Эсперадора. Благородно, ничего не скажешь.

— Вернуть свое – не значит украсть, – Альдо с достоинством поправил перевязь и воротник. – Будем надеяться, дамы готовы нас принять. Жаль, твоя кузина никак не поправится.

— Лекарь думает, это последствие потрясений, которые наложились на врожденную сердечную болезнь. – Сестру нужно вытащить из Олларии, но куда? – Катарине нужны покой, прогулки, укрепляющие отвары.

— Прогулки зимой? – фыркнул Альдо. – Женщине, которая все время мерзнет?! Лекарей с их советами нужно вешать.

— Скажи Айнсмеллеру, – не выдержал Эпинэ, – он будет в восторге.

— Всему свое время, – Альдо значительно подмигнул. – Жених, поправь манжеты.

Робер повиновался – манжеты и впрямь смялись. Стукнули алебардами лиловые полуденные гимнеты, запахло цветами, куда-то метнулись толстая дама и две девицы – тощая и рыжая. Альдо стремительно миновал набитую вазами приемную и самолично толкнул белым сапогом полуприкрытую ореховую дверь.

3

— Сударыня, как вы себя чувствуете? – короленыш вырядился в белое с золотом, а рубашка и перья на шляпе были алыми. На радость Дому Молний, надо полагать.

— Благодарю, ваше величество, – пролепетала Катарина Ариго, – со мной все хорошо.

— Но вы очень бледны, – Альдо галантно взял повисшую тряпочкой лапку и поднес к губам, – очень.

— Ваше величество, – покачала головой госпожа Оллар, – кузен подтвердит, я была бледной даже в детстве, а румяниться в моем положении неприлично.

И еще румяна мешают изображать умирающую козу. Румяных мужчины волокут в постель, бледным целуют ручки. Такова жизнь: на лебедей любуются, кур едят, а те, кто этого не понимает, – дуры.

Принц отпустил безвольную руку и уселся напротив Катарины, герцог Эпинэ остался стоять. Разряженный красотун походил на жениха куда больше своего кареглазого спутника, у которого явно что-то болело. Если не живот, то душа.

— Сударыня, – Ракан галантно звякнул висящими на нем цепями, – я был бы счастлив видеть вас чаще, но государственные дела отнимают слишком много времени. Герцог Эпинэ подтвердит, что Талигойя требовательней самой настойчивой возлюбленной.

— Короли не принадлежат себе, – согласилась супруга Фердинанда, – так было и так будет.

— Вы испили из этой чаши, сударыня, – красавчик закатил голубенькие глазки, – и вы меня понимаете, но даже короли имеют право на радости. Я счастлив, что мой друг и ваш кузен избрал своей спутницей Айрис Окделл. Союз внука великого Гийома и дочери Эгмонта воистину предвещает победу. Узурпатор и его прихвостни лишили Айрис отца, и я пришел сказать, что заменю его во время свадебной церемонии.

— Милая Айрис, – Катарина коснулась застывшей на своем пуфе фигурки в пунцовом, – ты слышишь? Его величество оказывает тебе высокую честь.