Книга Яд минувшего, страница 451 – Вера Камша

— Он в башне, – сказала матушка, перебирая четки из черных каменных глаз, – пойди и возьми его.

— Но сначала посмотри на наши платья, – потребовала Дейдри. – На наши свадебные платья. Тебе нравятся?

— Они такие красивые, – подхватила Эдит. – У нас никогда не было таких платьев. Спасибо тебе, что мы выходим замуж в один день.

— Ваш брат посмотрит ваши платья, когда вернется, – отрезала матушка. – Ступайте, Ричард. Мы вас ждем.

— Мы все тебя ждем, – подтвердил Наль. На нем была багряная котта с золотой каймой и черный плащ с вепрем. – Знаешь, это ведь я женюсь. Спасибо тебе! Если бы не ты… Эрэа Мирабелла, своим счастьем я обязан Ричарду, своим величайшим счастьем, на которое не смел рассчитывать…

— Прекрати! – прикрикнул Ричард. Не хватало, чтобы расчувствовавшийся кузен рассказал матери про выходки Айрис. – Прости, у меня дела…

— Да, у тебя дела, – подтвердил Наль, – но мы будем ждать.

— Мы будем ждать, – закивали Эдит и Дейдри. – Ты должен вернуться к нашей свадьбе…

— Идите, сын мой, – велела матушка, – да пребудут с вами мои молитвы.

— Он в башне! – закричала маленькая ювелирша, прыгая по замшелому крыльцу. – Пойди и возьми его!

— Мы вас ждем, – матушка даже не взглянула на резвившуюся нахалку, – поторопитесь.

— Я быстро, – пообещал Дикон. Реджинальд виновато улыбнулся, мать опустила вуаль, сестры, перешептываясь, отвернулись; Эйвон, он тоже был здесь, старомодно поклонился, подал руку своей супруге и повел ее к Полночному крыльцу. Дикон поднял голову: пепел больше не падал, падал снег.

Из тошнотворного марева стремительно вырвалось звездное небо. Верх снова был верхом, низ – низом, а тело – телом. Луиза, не слишком соображая, что делает, сдвинула капюшон, подставив лицо чистому звонкому холоду. Рядом дрожала Селина и старинным могучим буфетом возвышалась Зоя Гастаки. Надорские дворы, запертая кузница, ржавая подкова пропали, но место, куда их занесло, казалось знакомым. Очень знакомым. Звездно-снежное мерцание позволяло разглядеть серебристые руины, припавшие к земле валуны, украшенную ледяными наплывами скалу… Надорский утес, от которого никуда не деться! А она-то вообразила, что они вылезут в каком-нибудь склепе среди гнилых черепов…

Женщина выпустила руку дочери и медленно, пробуя ногой каждый камень, пошла к мертвому источнику. Ледяная корка, не выдержав собственной тяжести, треснула и провалилась внутрь заиндевевшей чаши. Острые ледяные зубцы нависали над черной пустотой.

— Здесь один живой бросился на меч, – коротко пояснила Зоя. – Внизу другой живой убил в спину брата и сам был убит. От смерти подлеца к смерти глупца – это хорошая дорога. Для меня хорошая, а вы – со мной.

— Тут страшно, – сказала Селина и замолчала, кутаясь в слишком длинный для нее плащ. Луиза наклонилась над бывшим родником. Из дыры веяло древней жутью, казалось, ведьма-великанша прикрыла свой котел осколками зеркала. Уж лучше бы кладбище! Капитанша поежилась и трусливо повернулась к страшному камню спиной.

— Где Жюль и Амалия? – Нет, она все-таки свихнулась! Притащиться с выходцем на дурацкий утес, приволочь с собой Селину и шарахнуться от высохшего родничка.

— Еще не полночь, – Зоя кивком указала на глазастое небо, – но уже скоро… Очень скоро. Сейчас они проснутся. Нужно идти. Здесь только одна дорога, для всех одна.