Книга Вторая «Зимняя Война», страница 141 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Произнеся эти слова, Рузвельт нарочито сделал паузу, будто давая собеседнику время, чтобы вникнуть в их смысл.

— В общем, так, Генри, – наконец сказал он, – тебе, как своему вице-президенту, я хочу поручить очень важное задание. Сейчас в нашем национальном аэропорту в Вашингтоне стоит огромный самолет русских из будущего, переделанный из тяжелого бомбардировщика, который прилетел сюда из Москвы без единой промежуточной посадки. Да ты, наверное, слышал. О нем писали все газеты, и теперь посмотреть на это летающее чудо света сбежалась, кажется, половина Америки. Русские, не будь дураки, поставили ящики для пожертвований и продают билеты на экскурсии, объявив, что вся выручка пойдет в фонд их обороны, на борьбу с плохим парнем Гитлером. Это сработало, и теперь народ валит туда гурьбой. Так вот – этот самолет пробудет здесь еще пару дней, а потом улетит обратно, и ты улетишь в Москву вместе с ним. Твоей задачей будет отвезти дядя Джо мое послание с просьбой, чтобы он написал для тебя рекомендательное письмо к русским из будущего, а потом ты отправишься в двадцать первый век и доделаешь то, что не удалось Гарри Гопкинсу из-за его полуофициального статуса… Одним словом, мне необходим компромат с того конца времени на всех наших деятелей, на кого у тамошних русских имеется соответствующая информация. Чем больше, тем лучше. Сейчас, когда специальная следственная комиссия принялась трясти Киммеля, как он мог допустить такое катастрофическое начало войны, нам необходимо связать этого подонка с теми, кто напрямую получил наибольшую выгоду от гибели тысяч американских военных моряков. У мистера Биддла должен быть материал на всех этих субчиков до единого, чтобы американский народ зашелся в приступе справедливого негодования, а мы могли устроить большой судебный процесс, который очистит нашу страну от скверны, а виновных отправит на электрический стул. И вот тогда мы посмотрим, кто кого сведет в могилу, отравит или отдаст под суд. Впрочем, все это лирика. Работайте, Генри, работайте – и Америка вас не забудет.

19 января 1942 года, 20:55. Эстонская ССР, полуостров Виймси, рыбацкая деревня Рохунееме в 14-ти километрах к северу от Таллина.

С черного, как сам мрак, неба тихо идет реденький снежок. В безлунную ночь и в ясную погоду на вытянутой перед собой руке не увидать кончиков пальцев. А тут еще и облачность и снегопад, и мороз около двадцати пяти градусов. В такую погоду хороший хозяин не выгонит из дому даже дурного пса, ибо уже в десяти шагах от дверей начинается непроглядный мрак. Но именно в эту ночь советское командование решило провести операцию «Пегас», которой предстояло завершить как четвертую и последнюю советско-финскую войну, так и историю существования независимой Финляндии. Поигрались в самостийность – и хватит. Для этого 8-я армия, месяц назад выведенная из боев в район Таллина, была пополнена личным составом до достижения ее частями и соединениями штатной численности, а также усилена отдельными лыжными батальонами и спецчастями.

На 19 января 1942 года в состав армии входили: 10-я, 11 и 86-я стрелковые дивизии РККА, 1-я стрелковая дивизия НКВД, 1-я саперно-штурмовая бригада особого назначения, 59-й, 273-й и 274-й отдельные лыжные батальоны. Приданная армии артиллерия включала в себя: 519-й и 101-й гаубичные артполки РВГК (по двадцать четыре 152-мм пушки-гаубицы МЛ-20), 6-й и 7-й артполки ПТО (по двадцать четыре 76-мм пушки ЗИС-3), 20-й отдельный минометный батальон (сорок восемь 120-мм минометов обр. 1939 года), а также 20-й, 39-й, 133-й отдельные зенитно-артиллерийские дивизионы (по двенадцать 37-мм зенитных пушек и двенадцать 12,7-мм зенитных пулеметов ДШК). Для зимы сорок первого-сорок второго годов – мощь, внушающая почтение. Командовал 8-й армией генерал-майор Андрей Леонидович Бондарев, обладающий множеством положительных качеств, в том числе живым, беспокойным умом, а также легким, неунывающим характером и способностью с иронией относиться к самым тяжелым ситуациям. Подчиненных своих генерал Бондарев привык ценить не по званиям и регалиям, а по способностям и заслугам. Подтянутый, собранный, быстрый в движениях, он располагал к себе с первого взгляда, умел глубоко вникать в любое дело и решал все вопросы без оглядки на инстанции – и именно поэтому был выбран для разрешения задачи немалой сложности, требующей не только недюжинного ума, но и определенной смелости в решениях.