Книга Год 1976, Незаметный разворот, страница 71 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Лишь пары секунд хватило ей, чтобы оглядеть меня с ног до головы.

— Присаживайтесь, герр Гейдрих, - сказала она на хорошем хох-дойч и указала взглядом на стул с блестящими ножками, стоящий за моей спиной. - Будем с вами беседовать.

Голос ее соответствовал ее облику - такой же холодный и бесстрастный. Я был перед ней словно препарируемая лягушка, не более...

Я сел, чувствуя себя крайне некомфортно, хотя стул был довольно удобен и мягок. Я сам много раз допрашивал разных врагов Рейха, но вот по другую сторону этого барьера мне бывать еще не доводилось... Мог ли я когда-либо представить, чтобы со мной ВОТ ТАК, при таких обстоятельствах, разговаривала женщина? Будь это мужчина, я бы не испытывал такой растерянности. А главное, что даже мысленно относиться к этой даме свысока у меня не получалось. Под ее взглядом я еле сдерживался, чтобы не ерзать. Мне было, мягко говоря, не по себе. И это при том, что наш разговор еще и не начинался...

Дурацкая мысль мелькнула у меня в голове: «А человек ли она вообще? Может быть, просто говорящий механизм...». Но, конечно же, она была человеком - из плоти и крови. Кроме того, она являла собой идеальный образец и чистокровной арийки, и сотрудника спецслужб. Я был бы счастлив, если бы у меня в СД имелись подобные специалисты. Но это многое говорило и о герре Серегине. Не знаю, архангел он там или демон, но первый же его подчиненный, с которым я сталкиваюсь вплотную, приводит меня в состояние, близкое к шоку. И, пожалуй, именно этот факт подавлял меня больше всего. Осознавая ту ситуацию, в которой я находился, я чувствовал чудовищную насмешку судьбы.

— Итак, герр Гейдрих, - сказала она, продолжая держать меня взглядом, точно на прицеле, -вы, очевидно, уже поняли, что с господином Серегиным лучше жить мирно. Он вам все доступно объяснил?

— Да! - кивнул я и нервно сглотнул.

Я продолжал неотрывно смотреть на госпожу Бергман. И мне казалось, что все мысли, возникающие у меня в голове, тут же становятся ей известны. Она просто выворачивала меня наизнанку этим своим пронизывающим взглядом. Казалось, она читает меня, будто какой-то пошлый бульварный роман в мягкой обложке - вроде тех, что люди берут с собой в поезд, чтобы скоротать время, а по прибытии на станцию назначения без сожаления выбрасывают в мусорную урну...

Я сидел на стуле напряженно, выпрямившись. Чтобы придать себе уверенности, я старался расправить плечи и держать подбородок вздернутым. Но маленький человечек внутри меня съежился и в отчаянии схватился за голову руками: это был крах. Крах всех идей, что вели меня по жизни, крах того пути, по которому я шел, гордый своей принадлежностью к великой арийской расе, топча всех тех, кто мог помешать нам достичь предназначенного величия. Все рушилось. Непоправимо, невозвратно. Сами Небеса вмешались в те дела, что происходят на земле, и они не на нашей стороне... Спорить с этим бессмысленно. Я видел такие чудеса, после которых сомнений не остается. Что можно поделать с силой неодолимой мощи - с необъяснимой, таинственной, мистической силой? Только покориться ей. Другого выбора нет.

Собственно, я все еще пребывал в состоянии потрясения. Мне требовалось остаться наедине с самим собой и как следует поразмышлять, обдумать все то, что произошло со мной за последнее время. А произошедшее было столь невероятным, что порой казалось сном. Оно выходило за грани нормальности... Я знал, что и наш фюрер, и многие из его приближенных -приверженцы разных мистических теорий, но сам я всегда являлся скептиком. И вот - именно мне выпала возможность убедиться, что чудеса случаются, и совсем не в нашу пользу...