Книга Год красного дракона, страница 69 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ничего гусарского в этой операции не было, - пояснил я. - От орбитальной сканирующей сети Иван Данилович точно знал, что в Елгаве присутствует, помимо охраны штаба группы армий «Север», не более пары рот германских оккупантов, а у него десантная механизированная бригада, вооруженная так, что хватило бы и на стрелковый корпус местного происхождения. Но все равно набег на Митаву был произведен чисто, без особых помарок, а потому парней надо награждать, заслужили. После первой громкой победы пора вводить понятие гвардейских частей и соединений, и бригада Черняховского - первая в кандидатах на это почетное звание. Также гвардейского звания достойны те парни, что встали на пути Манштейна, остановили и закопали этого мерзавца. Честь им и слава, потому что это был действительно очень опасный момент. Остальных можно будет награждать только после полной остановки электропоезда, когда все немецкие солдаты, отрезанные сейчас севернее Западной Двины, будут мертвы или окажутся у нас в плену.

— Хорошо, товарищ Серегин, - не спеша ответил Сталин, - мы прислушаемся к вашим рекомендациям. Наши бойцы и командиры, а также целые части, которые заслужили награды, должны непременно их получить. Будем считать, что советская гвардия родилась в ходе операции «Плутон», и также есть мнение, что настало время для появления первого советского полководческого ордена имени Александра Невского. А то товарищей Седова, Лелюшенко, Василевского и того же Черняховского лично награждать надо, а нечем. Звезду Героя будет слишком много, да и не по статусу награды, ибо ничего героического эти товарищи не совершили, а только хорошо выполнили порученную им работу. И в то же время орденов Боевого Красного Знамени и Красной Звезды для полководцев будет недостаточно: такими наградами следует осыпать рядовых бойцов, совершивших подвиги, а также ротных, батальонных и полковых командиров.

— Мне тоже кажется, что время для первого полководческого ордена пришло, - согласился я. - И имя Александра Невского тут будет вполне к месту, ведь он тоже бил немцев, и примерно в тех же краях. Как там у Симонова: «Князь первым делом взял Копорье, немецкий городок сломал и вражьих кнехтов в Приозерье кого убил, кого поймал». Я расскажу об этом одному своему молодому другу, и, хоть он и не совершил еще ничего подобного, ему все равно будет приятно.

— Знакомства у вас, товарищ Серегин, конечно же, выдающиеся, мы об этом знаем, - сказал Виссарионыч. - А теперь скажите, вы пригласили нас просто для того, чтобы поздравить с победой, или у вас к нам есть какое-то дело?

— Вы правы, - сказал я, - дело есть, и даже не одно. Есть два вопроса, которые требуется обсудить с глазу на глаз во всех подробностях.

— Так, - хмыкнул Сталин, - вот это уже решительно интересно. Ну что же, говорите, товарищ Серегин...

— Первый вопрос, - сказал я, - связан с успехом операции «Плутон», показавшим, что в моей непосредственной опеке вы больше не нуждаетесь. Помощи товарища Брежнева для одоления Гитлера в короткие сроки будет достаточно, а мне пора переносить фокус своей деятельности как раз в семьдесят шестой год, чтобы укротить и окоротить американскую гегемонию. Она там сейчас потерпела первое поражение во Вьетнаме, потом я в Чили наподдал американской гордости сапогом по интимному месту, а затем еще и добавил, угнав их третий флот в мир Аквилонии. Милейшие люди там начальствуют, и народ добрый, но вот головы всяким обормотам рубят не жалеючи, так что судьба большей части американских вояк будет печальна. Теперь необходимо закрепить этот успех: отогнать гиен и шакалов от границ советского блока, а потом вручную раз и навсегда закатить солнце американской гегемонии. Если не перебирать с мерой насилия, то американскому народу от этого только лучше будет. Когда я ознакомил тамошнего президента Форда с историей Америки на полвека вперед, тот сам запросился под мой протекторат. Мы с добрейшим Леонидом Ильичем от такой неожиданности чуть на задницы не сели. Но при внимательном рассмотрении оказалось, что это чуть ли не единственный рациональный путь к счастливому будущему того мира. Любой другой вариант без подстраховки ведет либо к третьей мировой войне, либо к тому же протекторату, устанавливать который из-за потери темпа придется с большими издержками, чем в начальном варианте.