Книга История «Солнечного Ветра», страница 108 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

В настоящий момент важно то, что Хант изначально был противником Эйзенхауэра и на выборах 1952 года делал ставку на Дугласа Макартура, несмотря на то, что, при всей своей антикоммунистической оголтелости, работы президента для себя не хотел, и исполнял предвыборный номер на отвяжись. Вот и сейчас именно вокруг этого одного из богатейших людей Америки закручивается клубок оголтелых антисоветчиков и русофобов, которых провально-разгромный ход войн в Корее и Европе ранит будто взмах серпа по «помидорам». И вот уже вскипает в головах моча, паром выбивая крышку, и покрасневшие от натуги политический деятели с трибун произносят речи, призывающие очистить Америку от коммунистической гнили.

Это ещё не цветная революция, но что-то достаточно близкое, ибо радикальные протестантские проповедники всех мастей (двоюродные братья «воинов света») уже призывают к кампании гражданского неповиновения и к «Маршу свободы на Вашингтон». Однако, никакого «привета из будущего» в таком политтехнологическом приёме нет, ибо подобным маршем чернорубашечников в Италии в 1922 году взял власть Бенито Муссолини, краснобай, позер и диктатор. Проблема американских ультраправых в том, что в силу их патологического индивидуализма у них нет и никогда не будет единого лидера, а весь их актив состоит либо из городских сумасшедших, либо из людей, отрабатывающих модную и, самое главное, хорошо оплачиваемую политическую повестку. Пока в Америке есть бизнесмены, подобные мистеру Ханту, которые платят и заказывают музыку, под их бюджет найдутся и музыканты, и певцы ртом нужных песен, что в настоящий момент и происходит по факту. У настоящих хозяев Америки прибыля (произносить голосом Горбачева) находятся под угрозой, вот они и впадают в неумеренное беспокойство.

И есть из-за чего. Единственный реальный кандидат в вожди Дуглас Макартур слился на самом начальном этапе бучи. Во-первых, он не хочет идти против коллеги-генерала, во-вторых, в его памяти гвоздем сидит такое географической название, как полуостров Батаан. Именно оттуда в самом начале войны он бежал на торпедном катере от победоносных японцев, бросив на растерзание вверенные ему войска. Как раз поэтому генерал Макартур знает, что бесполезно пытаться перешибить обух плетью, и если уж сложилась такая ситуация, что Америку переиграли и стратегически, и тактически, то надо уклониться от дальнейшей эскалации и перейти к накапливанию сил, иначе будет только хуже. Сил я им накопить не дам, ещё чего не хватало, а в остальном все верно. При попытке продолжить сопротивление резкое ухудшение ситуации я американским генералам гарантирую. Это за мной не заржавеет. Если кто-то думает, что нынешняя ситуация очень плоха, я могу продемонстрировать, что все может стать ещё хуже, вплоть до тотальной оккупации американской территории советскими войсками. Я такого исхода не хочу, но в случае необходимости пойду на него без малейших содроганий.

Во Франции, к границам которой приближаются советские танки, Четвертая Республика доживает последние дни. В Национальном Собрании разброд и шатания, лучшие части французской армии находятся в Индокитае и Алжире, пытаясь усмирить национально-освободительные движения, а народ против Советов воевать не хочет ни при каких обстоятельствах. Собственно, французы не хотят воевать ни на чьей стороне. Двадцатый век был богат на подобные приключения, и сыны Марианны от них устали. Неясно только, выльется ли это все в спонтанную капитуляцию или в формирование социалистического правительства под руководством Мориса Тореза, что позволит Франции в очередной раз оказаться в рядах победителей, а не побежденных. Мол, и мы тоже пахали. Впрочем, от передовых советских частей до французской границы примерно сто километров, и пройти их танки и мотопехота могут за два-три дня, но прежде, чем это случится, потребуется ещё примерно неделя на перегруппировку, развертывание дополнительных частей, перебрасываемых с территории СССР, и подтягивание тылов. Таким образом, у французского Национального Собрания для принятия самого правильного решения есть ещё примерно десять дней, а потом — кто не спрятался, я не виноват. В любом случае новая граница Советского Блока, сиречь Большого СССР, пройдет даже не по Ламаншу, а по середине Атлантики.