Онлайн книга «Год 1994-й. Крах Гегемона»
|
«Ты совершенно прав, Сын Мой — и по части Моисея, что продолжил веровать в Ваала, а потому с легкостью презрел заповедь „не убий“, и по части ренегатов, которые, меняя веру, не замечали в исламе меня, а потому обращались напрямую ко Злу. Прав ты и в том, что сначала нужно выявить причину деструктивного воздействия, и только потом браться за меч. В случае, если это будет необходимо для спасения человечества, даю тебе карт-бланш на самые радикальные действия. Бип-бип-бип-бип…» Ну, вот и поговорили с Небесным Отцом. Все точно, конкретно и строго по делу. Намерение добраться до истины при этом у меня только усилилось. — Значит, так, Ибрагим Мехмедович, — сказал я вслух, — мне только что поступили некоторые новые вводные, но ничего из того, что между нами уже было сказано, они не меняют. Сейчас вы спускаетесь вниз и приступаете к своему первому заданию, какое между нами подразумевалось изначально. И это тоже нужно делать — чем быстрее, тем лучше. Как только это задание будет выполнено хотя бы в первом приближении, вы подберете человека, который займет ваше место, и приступаете к подготовке на агента-исследователя. И помните, что добрым у меня всегда будет доброе, а злым — злое. 5 февраля 1992 года, 21:15 мск. Околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи Сегодня вечером (то есть в Москве девяносто четвертого года было раннее утро) со мной на связь через планшет вышел господин Жириновский и сообщил, что хотел бы совершить хотя бы краткую экскурсию по доступным мне мирам. Ведь я знаю о нем все, а он обо мне — только то, что ему показали на «Неумолимом». А так между настоящими партнерами дела не делаются. Вольфыч, конечно, нахал, но в справедливости замечания ему не откажешь. Если я желаю сотрудничать с ним без ограничений, то придется относиться к этому человеку как к любому соседу с фланга и союзнику. Иначе невместно. Только одно условие: никаких водителей-телохранителей, а также Павла Гусева нам в этом визите не надо. Ведь хозяин «Московского комсомольца» — нам технический, а не политический союзник. На том и договорились. Встречали важного гостя мы вдвоем с Коброй. Гроза Драконов к главному либерал-демократу относится не очень хорошо, но с моим выбором опорного политика спорить не стала, ибо при всем богатства выбора среди разных политиков все прочие — это пирожки ни с чем, и только Жирик с яйцами. — Добрый день, Владимир Вольфович, — сказал я. — В первую очередь позвольте представить вам мою соратницу бойца Кобру, в миру имперскую маркграфиню Нику Константиновну Зайко, иначе именуемую Темной Звездой и Грозой Драконов. Мусульмане считают эту женщину воплощением демоницы Аль-Уззы из доисламского пантеона, а японцы — инкарнацией их прародительницы богини Аматерасу. Мы с Коброй как Инь и Янь — она адепт Хаоса, а я служу Порядку, но враги и друзья у нас общие, поэтому мы не боремся, а сотрудничаем, из-за чего, бывает, проистекают моменты, которые старик Гегель счел бы невозможными. И так же в политике. Если два лидера с разными убеждениями одинаково любят свою страну и желают ей добра, они будут дружно грести в лодке ради общей цели, а не грызться из-за власти, зачастую прибегая к помощи внешних сил. |