Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 102 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

И вот мы, не привлекая к себе лишнего внимания, подошли к дому номер семнадцать по улице Советской. Ничего особенного нет в том, если два командира РККА приходят в гости к герою гражданской войны, известному писателю и военному корреспонденту. Кнопки электрического звонка или ручки колокольчика видно не было, поэтому я по-деревенски постучал в калитку ворот. Открыл нам тесть Аркадия Петровича, пожилой мужчина примерно так шестидесяти лет от роду. Внимательно посмотрев на нас с Коброй, он хмыкнул и ни слова не говоря повел в дом. Видимо такие гости «с фронта» были тут нередким явлением. Сразу за воротами начиналась мощеная дорожка, которая, разветвляясь, вела к входной двери и в обход дома к топящейся в субботний день бане, а также прочим хозяйственным постройкам, куда нам сейчас было не надо, потому что Аркадий Петрович собственной несколько скучающей персоной встречал нас прямо на крыльце.

Первый же Истинный Взгляд, брошенный на этого человека, сказал мне, что на скрижалях истории помимо объективных данных тоже бывает написана разная ерунда, особенно в тех случаях, когда своим мнением до них дотягиваются разные нечистоплотные «властители дум». Не был, то есть, не является Аркадий Гайдар ни маньяком, ни садистом, зато последствия контузий и неудачного падения с коня присутствуют у него в полном объеме. Однако Лилию сюда я пока звать не стал. Рано еще. Сначала надо разобраться со всеми остальными делами

— Добрый день, Аркадий Петрович, — сказал я. — Меня зовут Сергей Сергеевич Серегин, а это моя соратница Кобра. Мы к вам по делу, отчасти государственному, отчасти личному, отчасти семейному.

Товарищ Гайдар встрепенулся, сразу утратив скучающий вид, и вперился в меня и Кобру внимательным взглядом. Очевидно наши портреты все же фигурировали где-то в местной прессе*, потому что как минимум меня светоч советской детской литературы узнал буквально влет.

Примечание авторов: * этот ларчик открывается просто. После того как миры сорок первого и семьдесят шестого годов составили устойчивую двойную пару, не только добровольцы из будущего сражались против вермахта в рядах РККА, но и советские делегации тоже бывали в мире будущего. Присутствовала группа товарищей и на двадцать пятом съезде КПСС, где Серегин, выступая с короткой программной речью, попал на прицел фото и телекамер. Потом статью об этом событии с положенными иллюстрациями перепечатала местная «Правда» и вот тогда все тайное одномоментно стало явным.

— Серегин, тот самый? — еще не веря своим глазам, спросил он.

— Да, тот самый, — подтвердил я. — А что, есть какие-то сомнения?

— Да нет, товарищ Серегин, — мотнул головой Гайдар, — сомнений нет. Я, знаете ли, за последний год стал по вам настоящим специалистом. И про товарища Кобру я тоже слышал много хорошего. Однако давайте пройдем в дом, ибо в ногах, да еще и под открытым небом, правды не было и нет.

«Ну вот, Серегин ты и дожился, — ехидно прокомментировала слова Гайдара моя энергооболочка. — Уже появились люди, которые считают себя настоящими специалистами по твоей персоне. Есть у меня мнение, что ты еще попадешь в местные учебники по политологии и обществоведению как один из основоположников научного… сталинизма. Местный Вождь и Учитель, до тебя все делал на глазок и примеркой людей и деталей по месту, и только ты показал, как правильно на строго научной основе строить настоящее коммунистическое общество. Мой предыдущий носитель в силу своей умственной ограниченности и близко не замахивался ни на что подобное, поэтому я и говорю, что жить с тобой одной жизнью решительно интересно».