Книга Путь рассекающего ветра. Том 1, страница 87 – Василий Груздев

Одиннадцатый день, как я угодил на рудник. Грязь и сырость стали лучшими друзьями. Сроднился я с ними, можно сказать, перестал замечать. Не сказать, чтобы это радовало, но тоска уже не грызла, как поначалу, а щедрая плата за Ледяные Кристаллы сглаживала эти невзгоды. Всяко лучше, чем в камни забое ломать.

К этому времени мы с Быком добрались до самых крайних выработок. Работа уже не казалась изматывающей, но и совсем уж простой не стала. Порой приходилось разбирать завалы или подолгу усердно дробить камень, что требовало сил, а иногда и риска.

Однажды здоровяк полез за кристаллом, не уследил за начавшим оседать потолком и едва не помер раньше отпущенного ему срока. Повезло — выручили завидная скорость и крепкие кости практика третьей ступени Основы.

Но кожу на предплечье всё равно содрало до самого мяса. Мне бы там и вовсе руку оторвало, а то и насмерть зашибло. Всё-таки Бык уже не простой человек. Закалка тела творит чудеса.

Однако и она не всегда спасёт. Если удача решит отвернуться, будь ты хоть патриарх — против горы не прёшь. Рухнет потолок, и белые полотнища повесят на могильном камне, под которым и тела твоего не будет.

На руднике сдохнуть можно на каждом шагу — новичку в особенности. Но и опытные рудокопы нередко отправляются на встречу с предками. Позавчера как раз одного такого с ночной смены поминали за кувшином вина. Даже я отхлебнул малую чарку.

Ох, не стоит эта работа той платы. Один балл заслуг в день — мелочь за ежедневный риск. Я-то здесь не по своей воле, а многие годами голову под камни подставляют. Глупость, как по мне.

Даже в нашем с Быком случае задумываешься… Точнее, задумывался я. А Бык даже с рукой на перевязи в штольню лез, как в питейную. Все проходы от края до края излазил и меня за собой тащил.

Последнее ответвление на этом ярусе вело в пещеру — в ту самую, куда Воробей советовал не соваться. Проход закрывал деревянный щит, укреплённый подпорками. Уж если откуда демоны полезут, так отсюда — дыхание скверны даже сквозь дерево ощущалось остро.

— А чего их совсем не завалят? — спросил я. — Коли через них нечисть всякая прёт?

— Для нечисти проходов в теле горы и так хватает, — отмахнулся Бык. — А сюда сильные практики время от времени на охоту ходят. Есть там что-то ценное…

— Что?

— Да кто его знает. Они передо мной отчёт не держат, — напарник, кряхтя, вытаскивал очередной, мерцающий призрачной голубизной кристалл. — Видимо, последний. Вот и кончилась наша лафа. Теперь ждать, когда Воробей другую штольню подберёт.

— Ну, день-два… — прикинул я.

— А там и смена заканчивается. Больше полумесяца на руднике подряд не положено, чтобы скверной не отравиться, — пояснил Бык. — Потом обратно во Внутренний город. Там ещё несколько дней, чтобы гадость выветрилась.

— Тут уж ничего не поделать, — пожал я плечами. — Все кристаллы не вытащишь. Да и передохнуть от этого царства мёртвых не мешает. Хоть на свет белый посмотрим… Так-то и время для практик надо где-то урвать. Вернёмся, подышим, сил наберёмся, а там можно и обратно.

— Так-то да, — как-то невесело хмыкнул здоровяк. — Только ковыряться в руде что-то больше не тянет. А Воробей ведь как пить дать в забой отправит, если ручеёк с кристаллами иссякнет…

Тут я с ним был согласен. Помощник распорядителя себе на уме — бездельничать не позволит.