Онлайн книга «Спят курганы темные»
|
— Стий, або буду стриляты! Я послушно остановился. — Свий я, свий! — Побачымо, який ты свий! Меня отвели к командиру, который как раз застегивал штаны. Тот спросил меня на чистой львивской гваре, кто я и откуда. И когда я ответил ему на том же наречии, что я сотник УПА Креминь, хлопец остолбенел: — Може й направду свий. 6 августа 2014 года. Район Саур-Могилы. Подполковник ФСБ Жарков Александр Павлович Мы приехали на место лишь к обеду. Там меня уже с нетерпением поджидал старый приятель по Афгану Паша Ефремов. Мы с ним служили в «Каскаде»[28], в группе «Карпаты», дислоцированной в Герате. Мы тогда были молодыми и зелеными летёхами, недавно закончившими Московское высшее пограничное командное училище КГБ. Служить приходилось в местах, где население до сих пор жило в Средневековье. К тому же афганцы – прирожденные воины, сражаться с которыми было нелегко. Нам пришлось побегать по горам, научиться думать и поступать так, как было принято в тех местах. В Герате сохранилась цитадель, которую построили, как нам рассказывали, еще во времена Александра Македонского. Население в Герате было многонациональное – тут были узбеки, таджики, туркмены, хазарейцы и множество других племен, которые еще в незапамятные времена расселились вдоль Великого Шелкового пути, который когда-то проходил через здешние края. Нам с Пашей было о чем вспомнить, только теперь нашим полем боя был не далекий Афганистан, а мой родной Донбасс – скажи нам кто-нибудь такое тогда, в 1980 году, мы бы этому ни за что не поверили. Однако факт остается фактом – мы сражались с более жестоким и опасным противником, чем «духи» – с бандеровцами, которых били, но не добили наши отцы и деды. Поздоровавшись со своим другом, я, дабы не терять время, попросил его рассказать о том, что у него произошло. — Понимаешь, Шурик, – произнес Паша, задумчиво почесывая давно небритый подбородок, – я и сам ничего толком понять не могу. Вышли на нас люди, наши люди – за это я могу тебе поручиться. Но вот в остальном… Один из них назвался разведчиком из отряда Ковпака. Одет он тоже был соответственно. Я потом обмундирование его осмотрел – все подлинное, не новодел, сделано где-то в начале 40-х годов прошлого века. Нет-нет, с головой у него все в порядке, – сказал Паша, заметив, как я недоуменно посмотрел на него, – рассказывая о себе, он мне не врал, а ведь ты помнишь, как нас с тобой учили определять во время допросов – врет человек или нет. Да и опыт у него фронтовой был, он показал это в первом же бою. Второй – это вообще полный атас. Типичный потомок Чингисхана, но в красноармейской форме и с документами на имя сержанта тувинского эскадрона 8-й гвардейской кавдивизии. И звали его соответственно: Тулуш Кызыл-оол. — Гм, имя и в самом деле похожее на тувинское, – кивнул я. – А насчет тувинского эскадрона кое-что слышал. Был год назад в Музее вооруженных сил в Москве, где работала выставка, посвященная участию добровольцев из Тувы в боевых действиях во время Великой Отечественной войны. Надо сказать, что тамошние джигиты нагнали страху на немцев. Говорят, что подразделение вермахта после боестолкновения с тувинцами нуждалось в срочной помощи психиатров. У некоторых фрицев крыша от полноты впечатлений съезжала набекрень. |