Книга Киборги Нотариуса, страница 80 – Брендон Сандерсон

С этой мыслью я судорожно сглотнул и начал потеть.

И вот вам одна из причин, почему меня зря считают героем. Пусть я и пошел по коридору навстречу страшилищу, но при этом тащил с собой Бастилию. Я просто прикинул: две мишени ведь лучше одной, правда?

По мере продвижения вперед, а Каз тащился за нами, Бастилия понемногу утрачивала былой невменяемый вид. Она вытянула из ножен кинжал, и хрустальное лезвие засверкало в неверном свете огней.

В конце коридора виднелась комнатка, разделенная надвое тяжелой железной решеткой. Киборг Нотариуса стоял по другую сторону прутьев. При моем приближении он заулыбался. Одна сторона рта поползла вверх, кривясь в жестокой насмешке. Искусственная часть лица повторила движение, напрягаясь и щелкая детальками. Словно часовой механизм, сжатый до такой степени, что пружины и шестеренки почти слились воедино.

— Смедри, – выговорил охотник. Голос звучал так, словно с каждого слова живьем сдирали кожу.

— Кто ты? – спросил я.

Наши взгляды скрестились. Вся левая часть его тела состояла из кусочков металла, скрепленных силой превыше моего понимания. Один глаз принадлежал человеческому существу. Второй был сущим колодцем, залитым темным стеклом. Стеклом Оживителя.

— Я – Килиманджаро, – сказал охотник. – Я послан кое-что у тебя отобрать.

У меня на глазах по-прежнему сидели Линзы Рашида. Я потянулся к ним, и Килиман (неплохое сокращение от «Килиманджаро», а?) согласно кивнул.

— Где ты раздобыл этот меч? – спросил я, пытаясь спрятать мандраж.

— Женщина у меня, – ответила тварь. – У нее и отобрал.

— Дролин здесь, Алькатрас, – сказала Бастилия. – Я чувствую присутствие Телесного кристалла…

«Телесный кристалл», – мысленно повторил я. Камень во плоти? Во имя Первых Песков, это еще что такое?

— Вы вот об этом? – спросил Килиман. Голос у него был низкий, трескучий. Он поднял в руке нечто похожее на хрустальный осколок, пальца в два шириной.

Сплошь в крови.

— Нет!.. – ахнула Бастилия, бросаясь к решетке.

Я схватил ее за плечо и еле- еле смог удержать.

— Стой, Бастилия! Он же подманивает тебя!

Она не слушала.

— Как ты мог?! – срывающимся голосом кричала она на охотника. – Ты убиваешь ее!

Килиман убрал осколок в поясной кошель. Он по-прежнему держал в руке меч.

— Смерть нематериальна, рыцарь Кристаллии, – сказал он. – Я должен забрать то, за чем пришел. Оно у тебя, а у меня – женщина. Обменяемся?

Бастилия упала на колени. Сперва мне показалось, будто она плачет. Но нет: она лишь смертельно побледнела, ее трясло.

Я лишь позже узнал: изъять Телесный камень из тела рыцаря Кристаллии – деяние отвратительное, воистину святотатственное. Для Бастилии все выглядело так, словно бы Килиман показал ей сердце Дролин, вырванное из груди и еще пульсирующее в его руке.

— Думаешь, я с тобой буду торговаться? – спросил я.

— Да, – просто ответил Килиман.

У него не было ауры явного зла вроде той, что испускал Блэкбёрн. Ни показной наглости, ни вычурной одежды, ни постоянного смешка в голосе. Облик Килимана дышал спокойствием и опасностью… и оттого пугал еще больше.

Я содрогнулся.

— Берегись, Ал, – тихо проговорил Каз. – Эти твари опасны… очень опасны…

Килиман улыбнулся. А потом выпустил меч, уронив его вперед рукоятью… и резко выбросил руку перед собой. Я только успел вскрикнуть, заметив у него линзу. Сквозь решетку ударил луч морозного света. Бастилия взвилась с колен, держа обратным хватом кинжал. Хрустальное лезвие перехватило луч. Бастилия пошатнулась, сдала назад, чуть не упала. Она удержала удар, но едва-едва.