Книга Симбионт 3, страница 127 – Валерий Гуминский

Я не видел, как прошла основная часть ритуала, коварно усыплённый Кузничем. Провалившись в темноту, где нет сновидений, трудно что-то оценивать, переживать или бояться. Если бы меня начали резать, ничего бы не понял. Марк Ефимович не понял моего предупреждения и своими действиями серьёзно осложнил ситуацию. А вдруг душа Субботина не захотела бы уходить из приглянувшегося ей убежища? Майор сколько угодно мог контролировать моё тело, но душа — она ведь субстанция весьма зыбкая, неустойчивая и непредсказуемая. Григорий, получив столь вожделенный подарок, мог запросто отколоть такой номер, что всем тошно бы стало. По правде говоря, всё могло пойти по худшему сценарию, но для Шуйских он стал бы наказанием за игры с дьявольской магией.

Когда Кузнич «разбудил» меня, я первым делом мысленно позвал майора. И с горечью осознал, что больше не слышу его немного ироничный, уверенный голос. То, что я ощутил, было настоящей пустотой. Маги сработали просто отлично, виртуозно отделив матрицу души Субботина от моей личности. Ещё предстояло пройти несколько тестов, чтобы убедиться, что я — это я. А вот Григорий…

Пока проверяли княжича, я попал в крепкие объятия отца. Не знаю, может, он тоже испытывал некоторое разочарование, что лишился тайного оружия, но в ближайшей перспективе наша семья получала безопасность. Пусть теперь канцлер балуется новой игрушкой, пока не поймёт, что его надежды не оправдались.

— Что скажешь насчёт княжича? — тихо спросил старший Дружинин.

— По первому впечатлению, Субботин не смог полностью заместить его, — пробормотал я, внимательно наблюдая за человеком, который ещё вчера еле-еле языком ворочал и не мог самостоятельно встать с кресла. А сейчас Григорий хотя бы твёрдо держится на ногах и сносно разговаривает.

— Хм, ладно, присмотрись к нему получше, — попросил отец. — Я ещё пару дней пробуду в Москве, чтобы подписать документы на открытие филиала, а потом улетаю в Оренбург. Дел невпроворот.

Я кивнул и снова стал следить за княжичем. В какой-то миг он повернул голову в мою сторону и словно в задумчивости дёрнул себя за мочку правого уха. Неуловимая улыбка появилась на его губах и снова пропала. А вот взгляд изменился, стал острым, цепким и внимательным. Совсем не таким, которым меня Григорий встретил вчера в своей комнате. Пропала пустота, безразличие и покорность. Вот и думай теперь, когобольше в этом человеке: княжича Шуйского или майора Субботина. Но я про себя облегчённо вздохнул. Авантюра завершилась успешно, и теперь оставалось только ждать, закрепится ли душа тёзки в сознании Григория.

Он подошёл ко мне и протянул руку.

— Спасибо, Миша, — большей искренности в голосе вряд ли можно было услышать. — Не каждому под силу расстаться с такимподарком. Как давно я себя живым не чувствовал!

Пусть все думают, что молодой Шуйский искренне благодарит меня за своё спасение. Я ощутил крепкое, душевноепожатие, нисколько не сомневаясь, что передо мной стоит майор Субботин. Но всё равно надо с ним поговорить наедине, провести своеобразный тест, чтобы полностью развеять сомнения, когда улягутся эмоции в доме канцлера. Представляю, что там будет твориться, когда парень вернётся в семью прежним!

— Господа, спасибо за помощь, — сухо произнёс Шуйский, поглядев на медиков-целителей, так и стоявших в сторонке. Они не знали, что делать, а уходить без разрешения князя опасались. — Можете быть свободны. О том, что здесь произошло, прошу пока молчать. Никакой утечки информации! Я сам объявлю о чудесном выздоровлении княжича. Вам понятно?