Книга Жадность Дюпонов. Как крупнейшая химическая корпорация отравила мир, страница 82 – Роберт Шрёдер

Мужчина поднялся из зала и объявил, что провел небольшое исследование в интернете. Он сказал, что нашел отчет, в котором упоминались последствия воздействия ПФОК на здоровье, такие как опухоли в жабрах рыб, измеримые изменения функции печени и врожденные дефекты.

— Из этого отчета мы знаем, что производители химикатов знали, что эта дрянь попадает в воду, — сказал он. — У меня такое чувство, что общественность не информируют о том, что знают все, кто там стоит внизу. Это было в нашей воде. Если вы, ребята, знали об этом, мы хотим ответов!

Толпа взорвалась криками.

— Вы ответите на вопрос?

— Хватит этой чуши. Ближе к делу.

— У нас тут дети пьют воду!

— Наши жизни на кону!

Вспышки гнева вызвали одобрительные возгласы и аплодисменты.

Гриффин попытался успокоить толпу.

— Мы тоже расстроены. Мы должны сделать это по порядку, хорошо? Они ответят на ваши вопросы.

— Они уже солгали нам, — ответил кто-то.

— Хватит этого дерьма!

Гриффин предложил сделать пятиминутный перерыв перед выступлением DuPont. Зрители не согласились.

— Мы хотим услышать это сейчас!

— Никакого перерыва. Мы хотим услышать ответ!

Затем кто-то поднял очень важный вопрос:

— У меня вопрос к водопроводной компании. Когда они обнаружили этот химикат, нерегулируемый химикат, который, конечно же, может быть опасен для человека, почему никого из нас не уведомили немедленно? — сказал выступающий, не представившийся. — Вы разослали эти маленькие открытки о сегодняшней встрече. Почему ни одна из этих открыток не была отправлена нам с сообщением, что мы не знаем, опасно ли это? Может, мы могли бы сами сделать выбор, поить ли наших детей этой водой и пить ли ее самим. Как долго водопроводная компания знала до того, как вы наконец уведомили — погодите, вы вообще никого не уведомили. Я имею в виду, мы увидели это в новостях.

Гриффин ответил:

— Мы знаем, что DuPont сбрасывает это в реку, по-видимому, пятьдесят лет. Мы ничего не знали о ПФОК в нашей воде до пятнадцатого января [2002 года, примерно за четыре недели до собрания], когда мы получили результаты тестов. Они были принесены нам представителями DuPont и Департамента охраны окружающей среды Западной Вирджинии. В тот же день мы выпустили пресс-релиз, в котором сообщили об этом.

— Пятьдесят лет? — сказал кто-то из зала. — Почему это только сейчас проверили?

— Мы знали, что DuPont сбрасывает это, — сказал Гриффин. — Мы не знали, что это в нашей воде.

— Сэр, — сказал кто-то, — многие из нас здесь помнят ДДТ. Нам показывали фильмы, где людей опрыскивали [ДДТ] на пляже, [говоря], что ДДТ безопасен. Знаете, я думаю, всем это надоело. Мы не виним вас, но пусть DuPont встанет и скажет что-нибудь, ради всего святого.

Наблюдая за нарастающей драмой, я понял, что эти люди не только злы, но и умны. Они не собирались принимать каждый ответ за чистую монету. Они проводили собственные исследования. Интересно, представляла ли DuPont когда-нибудь, что все так обернется?

Наконец слово дали Боссерту. Он встал и сделал несколько шагов к аудитории. Думаю, он пытался продемонстрировать открытость, — ничего не скрываем! — но я нашел его манеру немного снисходительной. Он произнес небольшую проповедь о «приверженности компании безопасности, здоровью и окружающей среде», а затем выступил с презентацией о ПФОК. Он признал, что она биостойка, что, по его словам, означало, что «при воздействии она остается в организме на некоторое время, прежде чем вымывается. Это не значит, что она делает что-то плохое. Это просто значит, что она остается в организме на некоторое время, когда вы подвергаетесь воздействию».