Книга Любовь не без улик, страница 92 – Евгения Кретова, Настя Ненастьева, Сана Эванс

— А что с ним случилось? Его забрал дух Кандинского? – фыркнула Ева. – Хотя я была бы не против.

Мы все рассмеялись, чувствуя, как напряжение спало буквально за считаные минуты. Мы с Романом пересеклись взглядами и улыбнулись друг другу. Иногда, пытаясь раскрыть одну правду, мы находим ответ на другую. На ту, что скрывается под громким соперничеством и напускной ненавистью.

Три месяца спустя

Звонок прозвенел резко и радостно, как будто специально хотел стереть последние остатки лета и окончательно вернуть нас в школьную реальность. Коридоры наполнились голосами, смехом, шумом шагов, и все это звучало так живо, так обыденно.

Я вышла из библиотеки вместе с Романом.

Он шел рядом, чуть ближе, чем раньше. Не случайно. Уже давно не случайно.

Мы не обсуждали это. Не давали названия тому, что между нами началось. Но за эти три месяца что-то изменилось. Сначала это были долгие разговоры по телефону, потом сообщения по вечерам, потом прогулки, которые вроде бы не имели повода, но на которые он начал звать меня после того, как мы вернулись в школу, хотя на самом деле поводов имели слишком много.

Сегодня он вдруг молча взял меня за руку. Его ладонь была теплой, уверенной, и в этом жесте не было ни показной романтики, ни неловкости. Он сделал это так естественно, словно так должно быть всегда.

Я почувствовала, как внутри становится тихо и спокойно. Я не знаю, что это. И не уверена, можно ли назвать это любовью. Или это что-то более хрупкое, только зарождающееся. Но мне хорошо рядом с ним. Хорошо так, как не было раньше ни с кем. И, наверное, иногда этого достаточно, чтобы не требовать определений.

Та ночь три месяца назад теперь казалась далекой, словно странный сон, наполненный тенями, голосами и страхом. Но это был сон, который нас соединил. Мы перестали быть просто соперниками из разных кружков, просто участниками соревнований. Мы стали командой, даже если официально по-прежнему представляли разные стороны.

Наши кружки все так же соревновались. Мы спорили, подшучивали друг над другом, строили хитрые планы, чтобы обойти соперников на балл. Но теперь в этом было больше веселья, чем злости. Мы радовались победам друг друга так же искренне, как своим собственным, и поражения больше не казались катастрофой.

Что касается Егора…

Он исчез.

В ту ночь мы действительно не нашли его ни на чердаке, ни в коридорах, ни во дворе, ни в комнате. Телефон не отвечал. Сообщения оставались непрочитанными. Утром нам сказали, что он уехал домой раньше всех. А когда мы вернулись после коротких каникул, администрация сухо известила, что он больше здесь не учится. Просто перевелся.

Дозвониться до него так и не удалось. Старый номер оказался отключен. В социальных сетях тишина. Скорее всего, он действительно перешел в другую школу и решил начать все заново. Сменил номер. Стер прошлое. И это, наверное, самое разумное объяснение.

Но Злата до сих пор с таинственным видом говорит, что его забрал дух Кандинского, и каждый раз, когда она это произносит, у Евы дергается бровь, а у меня по спине все равно пробегает легкий холодок.

Злата благополучно вернула кольцо Кандинского домой, и ее родители так и не узнали, какое приключение произошло с ним за ту неделю, что их не было.

Мы с Романом как раз спускались по лестнице, когда к нам присоединились мои подруги.