Книга Любовь не без улик, страница 91 – Евгения Кретова, Настя Ненастьева, Сана Эванс

— Вы… подстроили все это? – наконец выдавил он из себя.

— Да, – сказала я твердо, вставая, – мы знали, что это ты. Нам нужно было лишь устроить маленький спектакль, чтобы ты сам признался во всем. Нам понадобилась помощь Матвея Сергеевича. Ключи от аппаратурной с нужной техникой были только у него.

Роман и я пришли сюда раньше, чтобы все подготовить. Матвей Сергеевич, к удивлению, согласился помочь, правда, с тем условием, что, если все выйдет из-под контроля, он ничего не знал и ничего не видел. В его голосе было больше интереса, чем осуждения, и я тогда впервые поняла, что взрослые иногда тоже хотят заглянуть за грань реального.

Мы натянули между двумя балками белую ткань, найденную среди старых декораций, и закрепили ее так, чтобы при правильном освещении она могла стать экраном для тени. В технической комнате мы нашли старый проектор и портативные колонки, а еще световой фильтр, который искажал очертания, делая их мистическими. Роман записал на телефон низкий, почти гулкий голос, который мы потом пропустили через программу, меняющую тембр. Затем расставили динамики так, чтобы казалось, будто голос идет не из одной точки, а из всего пространства сразу.

Все это у нас заняло чуть больше часа. Когда мы поделились этим со Златой и Евой, они сначала не поверили, но, когда мы рассказали все факты, согласились на эту авантюру.

Егор хорошо скрывался. И то, что мы не учитывали все мелочи, связанные с ним, говорило о том, что он умело вел эту игру. Не важно, из-за страха, корыстных целей или в шутку. Егор единственный, кто не показал анонимную записку с угрозой. Он тот, кто был всегда рядом, соглашался со всеми нашими подозреваемыми, был наблюдателем. Он привел нас прямо к кольцу, но даже тогда мы его не заподозрили. Никто. Кроме Романа. После обнаружения кольца Роман рассказал, что он отметил про себя, что все происходящее не в духе его друга и что тот стал вести себя не как обычно. Он решил поговорить с Константином, и тот рассказал, что в ту ночь они вместе снимали нас на видео на чердаке. Сложить остальные факты воедино не составило труда.

— Ты понимаешь, что должен сделать? – спросила я Егора строго.

Взгляд парня переместился на Злату.

— Прости, я бы обязательно вернул его тебе, – сказал он, – вы все простите…

Злата скрестила руки на груди.

— Ты обманывал нас все это время.

— Но я не специально!

— Ты просто идиот, Коршунов, – грозно произнесла Ева, – и сейчас ты пойдешь к Матвею Сергеевичу и все ему расскажешь.

— Что? – Егор испуганно сделал шаг назад. – Кольцо ведь нашлось, все хорошо, зачем рассказывать кому-то еще? Я ведь извинился…

— Но тебе придется…

Внезапно что-то взорвалось, рассекая по чердаку искры, помещение тут же заполнилось дымом. Мы подскочили все к Роману, который закашлял, пытаясь отогнать дым от лица.

— Да какого черта?! – начал он ругаться. – Это оборудование древнее Кандинского, что ли?

Внезапно половицы скрипнули, и мы все осознали, что произошло. Выскочив из-за сундуков, мы обнаружили, что Егор пропал. Мы тут же метнулись вниз. Но его и след простыл.

Через пять минут, запыхавшись, мы остановились возле лестницы и взглянули наверх, откуда еще тянулся серый дым.

— Как он вообще сбежал так быстро? – озвучил Роман наши мысли.

— А может, он не сбежал? – тихим голосом прошептала Злата.